почему ты не смотришь на меня
почему не видишь меня я здесь с тобой я
твоя кожа на вкус соленая
плачешь
ты плачешь?
не плачь
ты не можешь грустить
мне не нравится когда ты грустишь
Он сказал:
«я думал»
«его рука»
«она была в тебе, Окс»
«ты ублюдок»
Он закричал:
«как ты мог?»
«как ты мог меня бросить?»
он злится на меня
пожалуйста не злись
я же здесь я волк Альфа стая пара
и я чувствую это
он когтит меня
мой волк
он хочет кусать
и убивать
теперь я так зол
ты зол
я зол
ты не можешь остановить меня
ты не можешь остановить это
это
я волк
я
Альфа
Он сказал:
«нет нет Окс нет прости»
«все должно было быть иначе»
«я здесь»
«я здесь с тобой ради тебя Окс потому что ты всегда делал то же самое ради меня ты конфеты и шишки ты эпичное и восхитительное ты единственная причина по которой я смог пережить годы когда меня здесь не было я оборвал наши связи и пытался выкинуть тебя из головы но когда наступала ночь когда сгущался сумрак я думал о тебе о том как вернусь домой к тебе чтобы быть с тобой быть счастливым быть дома потому что Окс ты мой дом без тебя я ничто я никто ты моя любовь моя жизнь моя стая моя пара поэтому мне нужно чтобы ты сосредоточился мне нужно чтобы ты слушал мое сердце мой голос мое дыхание я твой Альфа и я не могу без тебя поэтому вернись возвращайся возвращайся мать твою ко мне Окс»
я слушаю
его дыхание
его голос и слова
его сердце
и я
я
я
Я ОКС Я ОКС Я ОКС Я…
перекидываюсь и
— Ну ни хрена ж себе, мать твою, — задохнулся я, рухнув на колени.
На спину легла рука, теплые пальцы касались кожи, пока я пытался унять разбушевавшийся желудок. Мир вокруг меня казался слишком громким, словно я мог слышать все на свете в радиусе десяти миль. В нос ударили запахи леса.
Желание перекинуться вновь стало непреодолимым, мои когти вонзились в землю. Десна зачесались, и хотелось пойти на поводу у этого желания, хотелось уступить ему.
— Окс, — сказал он.
Я зарычал на него.
— Окс, — повторил Альфа.
Все замерло.
Он опустился передо мной на колени.
Взял мое лицо в ладони и приподнял голову, чтобы я мог видеть его глаза.
Они были красными, пылающими алым огнем, и они взывали ко мне, даже сейчас, даже сквозь бурю в моей голове, несмотря на волка, что когтил меня прямо под кожей.
— Послушай меня, — сказал Джо. — Ты здесь. Со мной. И я никогда не оставлю тебя.
— Я тебе не верю, — ответил я.
— Ты мне доверяешь?
Да. Да. Да. Я поморщился, когда мышцы напряглись.
— Я не могу…
— Окс, — резко сказал он.
