— Почему ты сперва сломал машину Кэролин, а затем увез девушку с собой. А когда явился дядя Уоррен, чтобы попытаться тебя остановить, ты хладнокровно его убил. Кто в состоянии все это объяснить, как и то, что ты сжег дотла дом в Эдгартауне? Я буду в полном замешательстве, когда мне об этом сообщат у постели моей матери. Мы все будем раздавлены горем, — мило улыбнулся Джордж.
— А тебе не кажется, что ты слегка переборщил, сжигая дом? Ведь ты на это пошел ради денег, и хотя страховка покроет большую часть расходов, дом стоил намного больше.
— Ах, но ты ведь знаешь, что нельзя приготовить яичницу, не разбив при этом яиц. Уж дядя Уоррен обязан был об этом знать.
Они поднялись к вершине, и солнце как раз появилось из-за горизонта, пронзая яркими лучами света темное небо.
— Джордж, — тихо сказала Кэролин. — Мне все еще непонятно, почему ты хочешь причинить нам зло. Неужели из-за денег? Ведь у тебя их так много.
— Кэролин, денег никогда не бывает слишком много. Ты всегда была такой наивной. Да, я привык жить на широкую ногу.
Но ты права, дело вовсе не в деньгах.
— В чем же тогда причина?
— Но ведь это так очевидно! Бьюсь об заклад, что Алекс сразу обо всем догадался. Вы с ним не настоящие Макдауэллы. Ты незаконнорожденная, а он приемыш. Вы не нашего роду-племени и не заслужили ни одного пенни из наследия, накопленного поколениями моих предков. Вы оба всего лишь самозванцы. Мне известно об этом с детства — я же говорил, что привык слушать и наблюдать. Я всегда знал, что рано или поздно мне придется избавиться от Алекса — и когда он застукал меня за моим любимым занятием, я тут же понял, что этот момент настал.
У меня были сомнения на твой счет, но к старости Уоррен стал сентиментальным. Он предупредил меня, чтобы я тебя не трогал. А ведь до этого у меня и в мыслях не было причинить тебе зло, но родительские чувства порой могут быть очень опасными, — Джордж остановился. Они находились на вершине отвесной скалы. Внизу виднелись камни, вокруг которых пенились морские волны, а слева, весь в розоватых лучах восходящего солнца, расположился маяк Гэй Хэда.
— Время прыгать, детки. Если хотите, можете взяться за руки.
— А если мы не прыгнем? — спросил Алекс. — Тебе придется попотеть, объясняя, откуда взялись в наших телах дырки от пуль.
— Не думаю. Вас отнесет в море. К тому времени, как тела обнаружат, от них мало что останется. Вас трудно будет опознать, а уж установить причину смерти — и подавно. Я готов рискнуть, если вы не захотите меня слушаться.
