Ты хочешь быть уверен, что с наследством все будет решено окончательно и бесповоротно. Иначе уйдут годы на то, чтобы доказать, что настоящий Александр Макдауэлл умер.
— А если это не так? — встревожился Уоррен. — Если вдруг появится настоящий наследник?"
"— Он умер, Уоррен, — холодно ответил Алекс. — Он не вернется, поверь мне.
За всю свою жизнь Кэролин маялась не на одном званом обеде, но в этот раз время, казалось, тянулось бесконечно. Стол поставили перед остекленной верандой в комнате Салли, которая по такому случаю даже уселась в инвалидное кресло; выглядела она очень счастливой, ее бледные щеки раскраснелись от румянца.
Рядом с ней сидел Алекс, излучающий заботу и внимание, даже Уоррен вел себя на удивление раскованно. Кэролин, сидевшая напротив незваного гостя, вела себя тихо, говорила мало, почти ничего не ела, зато внимательно слушала, как обманщик оплетает всех паутиной лжи.
Не то, чтобы он напоминал ей паука. Для этого он выглядел слишком сияющим, даже величественным, с его зеленовато-голубыми глазами, золотистыми волосами, загорелой кожей, туго обтянувшей высокие скулы.
Он имел слабо выраженные славянские черты, чем, видимо, и объяснялось его поразительное сходство с настоящим Александром.
Его рот приводил ее в восхищение. То был рот сатира, циничный, чувственный и невероятно сексуальный. Он улыбался, смеялся, демонстрируя безупречно белые зубы; говорил он не спеша, с ленивым шармом. Даже Кэролин поддалась на его чары, хотя боролась изо всех сил.
Он был хорош. Даже лучше, чем хорош — он был виртуозом в своем деле; рассказывая забавные истории из своего детства, он привел в восторг Салли и совершенно очаровал Уоррена.
А ведь это было не его детство и не его истории. Кто-то ему помог, догадалась Кэролин. Она слушала его с вежливой улыбкой, а тем временем ее мозг напряженно переваривал полученную информацию. В своих рассказах незнакомец упоминал такие детали, которые могли знать лишь члены семьи. Должно быть, кто-то рассказал ему о том, как полиция задержала Алекса за купание нагишом в общественном месте (дело было на южном берегу острова Мартас-Виньярд).
Кто-то поведал также о том, что у Алекса была жуткая аллергия на креветки.
Он посмотрел на нее поверх блюда со скампи, креветками в чесночном соусе, и в его глазах мелькнул хитрый огонек.
— Кэролин, это ты составляла меню? — вежливо поинтересовался он, не делая попытки отведать даров моря.
— Креветки — моя слабость, — небрежно сказала она.
— И моя тоже, — сказал Алекс.
