Если она не может побыть с Салли, пока та не заснет, это вовсе не означает, что она должна провести остаток вечера в обществе Алекса. — Я тоже устала. Если ты не против, я пойду спать.
— Кэролин, это же первый вечер, который Алекс проводит дома. Ты не можешь бросить его одного! — воскликнула Салли.
— Здесь Уоррен, — это прозвучало грубо, почти как отказ, а ведь Кэролин никогда не отказывала Салли в небольших просьбах, с которыми та обращалась к ней на протяжении всех этих лет.
— Мы обе хорошо знаем, что Уоррен — зануда, который начнет приставать к Алексу с вопросами, как только представится такая возможность.
Не надо смотреть на меня с таким видом, Уоррен, я знаю, что ты меня слышишь, и я не постесняюсь сказать правду тебе в лицо. Кэролин составит вам компанию и проследит, чтобы ты, братец, оставил Алекса в покое.
— Ты что, хочешь, чтобы она за мной шпионила? — нахмурился Уоррен.
— Я хочу, чтобы ты вел себя, как подобает, — устало ответила Салли. — Как жаль, что я не могу устроить достойный прием…
Кэролин содрогнулась от одной только мысли.
— Не стоит переживать из-за приемов, тетя Салли, — быстро сказала она. — Думай о том, чтобы тебе стало лучше.
— Не говори глупостей, дитя мое. Мы с тобой знаем, что мне уже не станет лучше.
— Ничего такого я не знаю…
— Можешь тешить себя иллюзиями, если тебе это нравится, — вяло махнула рукой Салли. — Алекс хотя бы готов взглянуть в глаза реальности.
Кэролин уже давно научилась не показывать, как больно ранили ее чужие слова.
Она молча стояла, пока Алекс прошел мимо нее и заключил ладонь Салли в свои сильные загорелые руки. Кэролин знала, что Салли любит ее. И все же она почувствовала себя покинутой и обделенной.
— Отдыхай, мама, — тихо сказал обманщик, наклонясь, чтобы поцеловать ее в щеку. — Я приду к тебе утром.
Салли счастливо вздохнула.
— Ты даже представить себе не можешь, как давно я мечтала, чтобы меня снова назвали матерью. Спокойной ночи, родной, — она подняла руку и нежно дотронулась до его щеки.
Кэролин тихо выскользнула за дверь.
* * *
Стояла безмолвная студеная ночь, с неба уныло свисал молодой месяц. Через несколько дней необычно поздние холода уйдут своей дорогой, тяжелый влажный снегопад прекратится, и весна в очередной раз совершит неспешный набег на голые, замерзшие поля Вермонта.
Но пока в занесенной снегом округе царила ледяная тишина. На белом фоне чернели ветви деревьев, а в отдалении, словно древние стражи, возвышались горы.
