Я ужасно испугалась за него, поэтому воскликнула:
- Санни, прекрати! Мне нечего бояться, потому что моя совесть чиста. Прошу, убери оружие…
Мальчишка нехотя убрал нож, продолжая сверлить духовников агрессивным взглядом, я же сделала еще один шаг вперед.
- Что вам нужно? - голос прозвучал грубее, чем хотелось бы. – Объяснитесь!
- Вам нужно пройти с нами к брату Роллену, - пояснил один из мужчин в сутане. – Он хочет задать вам несколько вопросов.
- Не похоже, чтобы он жаждал ответов на эти вопросы, - не удержавшись, съязвила я, - ведь уже успел обвинить меня во всех смертных грехах.
Мужчина ничего не ответил, продолжая выжидательно и бесстрастно смотреть на меня. И я поняла, что выбора нет.
Ладно, моё спасение в хорошей правдоподобной игре. В конце концов, всегда можно навешать лапши на уши, не так ли?
Но когда я вошла в холл таверны вслед за мужчинами, всё внутри всё равно дрогнуло от страха. Перед глазами нарисовались картины какой-нибудь страшной темницы, пыточные орудия и костер.
Вздрогнула.
Нет, не буду думать о таком. Буду верить в лучшее…
Лео продолжал упрямо спорить с Ролленом. Он не ожидал, что нас буквально окружили, поэтому, когда я приблизилась к нему в сопровождении «сутан», ошеломленно и испуганно замолчал.
Семинарист встретил меня с кривоватой торжествующей улыбкой. Симпатичное лицо тотчас же стало отталкивающим и злобным. Или же это у меня воображение разыгралось на фоне жуткого стресса.
- Я рад, что вы благоразумно решили выйти навстречу, - произнес он притворно дружелюбным тоном.
– Должен сообщить вам кое-что важное. Во-первых, я знаю, что вы – не Лерия. Во-вторых, если вы честно признаетесь в этом, я обещаю, что никаких последствий для ваших… э-э-э… нынешних родных не будет. В-третьих, если вы будете охотно работать с нами, возможно, однажды вам позволят жить в нашем мире, как обычной женщине. Правда, под другим именем, конечно, но всё же…
Парень хорошо мог вешать лапшу на уши. Я бы даже поверила ему, однако… глаза выдавали всё. Возможно, у меня развилась гиперчувствительность к таким вещам, но я легко смогла рассмотреть, что он неискренен.
Ему нужно получить от меня признание легким способом, но я на это не поведусь.
Несмотря на панический страх, накатывающий на душу, изнутри начало подниматься отчаянное упрямство.
- Мне нечего вам сказать, - произнесла твердо. – И я не понимаю, в чем меня обвиняют...
Да, действительно, за что же обвинять? Я не ведьма и не чудовище. Я нормальный человек.
