Его красивые голубые глаза были налиты кровью и смотрели на меня так, как никогда раньше.
– Энди в порядке… – сказала я, пытаясь утешить нас обоих.
– Если бы с тобой что-то случилось… Не знаю, что бы я сделал, Ноа.
Я обняла его и поцеловала в щеку.
– Хорошо, что ты сейчас здесь, – сказала я, придвигаясь. Он крепко поцеловал меня, прижав к себе на несколько минут.
– Он что-то сделал с тобой, Ноа?.. – спросил он, нежно касаясь следа, который, должно быть, остался от пощечины.
Ник, казалось, затаил дыхание, со страхом ожидая моего ответа.
– Я в порядке… он угрожал мне, но не тронул, – ответила я, стараясь говорить с ним спокойно, стараясь показать, что это не было так ужасно, даже если я прошла через ад.
Его большой палец снова нежно погладил мою щеку.
– Я убью его, – признался он секундой позже, и я увидела ненависть на его лице.
– Он проведет годы в тюрьме… это будет достаточным наказанием.
Ник притянул меня, и наши губы встретились в отчаянном, мучительном поцелуе. Отстраняясь, мы услышали, как Эндрю издал звук, покачав своей маленькой головкой.
Он проснулся и смотрел на нас. Я улыбнулась, откидывая его волосы назад.
– Я люблю тебя так сильно, что даже не знаю, как это выразить, – сказал Ник, нежно обнимая нас.
Мы втроем легли спать. Ник обнимал меня со спины, а Энди спал рядом со мной.
Никто и никогда больше не причинит вреда моей семье.
58
Ник
Когда Майкл и Брайар вломились в наш дом, я был в другом городе и ничего не мог сделать, кроме того, чтобы сесть на самолет. Это меня ужасно мучило.
Я успокоился, только когда несколько часов спустя вошел в наш дом.
Дженна и Лайон не спали, пили кофе и тихо разговаривали, когда я открыл входную дверь. Все было спокойно, не было ни полиции, ни следов крови… Не было ничего, что я представлял себе всю дорогу.
– Где Ноа? – спросил я вместо приветствия. Я не мог тратить время на разговор с ними, нужно было убедиться, что с двумя людьми, которых я любил больше всего на свете, все в порядке.
Поднялся наверх и сначала заглянул в детскую.
Видя, что их нет, нервничая, направился в нашу комнату. Когда я вошел, облегченно выдохнул: Ноа спала, а рядом с ней наш драгоценный младенец, проснувшись, шевелил своими маленькими ножками и ручками.
Я подошел, сердце сжалось в груди. Энди поднял голову, держа соску в своем маленьком рту, его маленькие глазки опухли от слез. Я взял его на руки и прижал к себе.
Они хотели отнять его у нас.
Энди издал жалобный звук, я взял его с собой и сел на диван перед кроватью.
