Живописная девушка из коммуналки, одетая уже в кофту и тапочки, выглянула из-под одеяла. Её лицо было потемневшим от усталости, но взгляд оставался ярким и решительным. В комнате были лишь необходимые вещи — всё было чистым и простым, но в ней зарождалась мысль о новом пути: стать агентом «Ван Хельсинга»....
По коридору уже бежала стража и разъяренный барон. Джим и Лоэгайре сели на весла и погребли. Действие артефакта, блокирующего телепортацию ослабло только посреди пролива Менай. В замке что-то громко ухнуло, а через пару секунд рядом с лодкой приземлился пушечный снаряд.
— Пора сваливать, — заметил Гайре.
Их охватило облако тьмы, а когда оно рассеялось на волнах качалась пустая лодка. Они вышли из портала в комнате в таверне.
— Спасибо вам, огромное, — искренне поблагодарил магов Джим. — Я свое обещание выполню!
— В этом уже нет необходимости, — вздохнула Мирослава.
— В смысле? — Лоэгайре нахмурился.
— Барон — хозяин этого замка и есть Мефистофель и теперь у меня есть слепок его ауры, — волшебница самодовольно усмехнулась.
— Договор Магов считается выполненным? — осторожно спросил маг Смерти.
— Ну, в таком случае, да, — пожал плечами Темный маг, шепнул заклинание и снял чары.
— Вы свободны, может, еще встретимся, — с легкой улыбкой сказала чародейка.
— Спасибо вам, — прошептала женщина и вытерла слезы.
— Правда спасибо, — поддержал ее Джим и скрылся вместе с семьей в портале.
— И куда мы? — спросил Лоэгайре, подхватывая свой дорожный мешок.
— Да куда глаза глядят, только не в Англию!
— Рим подойдет?
— Вполне, — девушка усмехнулась и взяла его за руку.
Наши дни.
Ночь наступила неожиданно быстро. Небо было ясным, над горизонтом только-только поднялась огромная ярко-желтая луна, удивительно прозрачный прохладный воздух застыл, будто бы в ожидании.
Обряд уже начался, мелкие демоны, принимающие ради пущего эффекта, вид маленьких детей в белых длинных сорочках, выстроившись в хоровод, что-то заунывно напевали над одной из могил, вокруг них в хаотичном порядке перемигивались тусклые желтоватые огоньки.
