За все время он не проронил ни звука. Мне оставалось лишь прислушиваться к гулкому эху наших шагов, отражающихся от стен и сводов, утонувших в непроницаемом мраке. Чем внимательнее я слушала, тем больше звуков появлялось в окружающей тишине. Шорохи, хлопки, шипение, вздохи и, кажется, в какой-то момент мне даже почудился чей-то тихий плач. Источники звуков так и остались для меня тайной, что, возможно, только к лучшему. У меня и так по телу бегали мурашки размером со слона.
А потом впереди забрезжил свет, и мы все-таки вышли из туннеля.
Не просто с другой стороны, а действительно в совсем другом мире. Только тогда мой провожатый заговорил и сразу объяснил, что раньше мы не поняли бы друг друга.
– На изнанке мира это обычная проблема. Лишь в истинном мы все говорим на одном языке.
Это обстоятельство показалось весьма хорошим знаком, ведь, отправляясь сюда, я даже не подумала о языковом барьере и о том, как буду его преодолевать.
В следующие сутки я еще много узнала об истинном мире – родине моего отца.
А теперь он и сам стоял напротив меня. Такой, каким я его себе даже вообразить не могла.
Глава 3
Пожалуй, с моими представлениями совпали только цвета волос и глаз. И мама, и дядя были светлой масти, поэтому черные волосы и карие глаза определенно должны были достаться мне от отца. Здесь истинное положение вещей меня не разочаровало.
В остальном мои фантазии о родителе претерпевали изменения с течением жизни. Ни одной фотографии я никогда не видела, поэтому в раннем детстве воображала его себе красивым и статным с внешностью то одного актера, то другого.
По мере взросления и понимания, что отец нас с мамой банально бросил, его образ стал обрастать разными неприятными деталями вроде злых глаз, крючковатого носа, отечного, как у алкоголиков, лица."
"Оказалось, что первоначальный и ныне почти забытый образ был куда ближе к истине. Даже сейчас отец оставался крайне хорош собой, поэтому я прекрасно понимала мать, потерявшую от него голову в те времена, когда он был на двадцать лет моложе.
Высокий, действительно статный и довольно крепкий, с приятными чертами лица без какого-либо намека на отечность. Небольшой шрам, проходящий через правый глаз, совсем его не портил, скорее, наоборот, придавал еще больше мужественности его и без того впечатляющей внешности. Не знаю, при каких обстоятельствах он его получил, но сам глаз ничуть не пострадал.
