Дарина сидела в столовке и пыталась сосредоточиться на чашке горячего кофе, но не могла устоять перед подачей изысканных деликатесов. Как же ей хотелось пробовать каждое блюдо! Вот и сервировка заставила её поцеловать гладкую поверхность чашки, оставленную случайным прохожим. В такой неформальной атмосфере завтрака можно было прозевать часы, забыв о времени....
Понимаете, там меня все знают…
– И что?
И то! Ей очень не хотелось бы, чтобы до начальства дошло, чем она занимается в свободное от работы горничной время. Дарина не была уверена, что после такого ее не погонят оттуда ссаными тряпками. А ведь они наверняка погонят... Он что, тупой? Или издевается?
– То, что это – не очень удобно, – туманно объяснила она."
"Эти ее слова Родион комментировать не посчитал нужным. В подземный паркинг они спустились молча. От неизвестности раздрай у Дарины в душе достиг каких-то запредельных высот.
Уже сидя в машине Родиона – шикарном представительского класса Мерседесе, она поняла, что была так взволнована, что не запомнила абсолютно никаких деталей. Ни интерьера офиса, ни лица его секретарши, ни расположения лифтов. Ни-че-го, на что можно было бы отвлечься в своих мыслях прямо сейчас. Зато в памяти навсегда выгравировались черты его лица.
Не понимая своих истинных ощущений, Дарина пялилась на руки Родиона, в которых он уверенно сжимал руль. Разглядывала его орлиный профиль.
– Черт. Весь город стоит…
– Что? – моргнула Дарина.
– Говорю, дальше восьмибалльная пробка.
Родион нахмурился. Скосил взгляд на неё, будто что-то прикидывая в уме. А потом резко выкрутил руль и, нарушая все мыслимые правила движения, свернул в какие-то подворотни. Дарина вытянула шею, озираясь по сторонам. Опять начался дождь, размывая картинку проносящихся мимо пейзажей. Застучал по прозрачной крыше машины.
– Приехали.
– А куда?
– Ко мне.
Родион свел брови, всем своим видом показывая, что ему совершенно не нравилась эта затея. Отстегнул ремень. И кивнул, мол, выходи, давай. В паркинге было промозгло-сыро.
