Дарина сидела в столовке и пыталась сосредоточиться на чашке горячего кофе, но не могла устоять перед подачей изысканных деликатесов. Как же ей хотелось пробовать каждое блюдо! Вот и сервировка заставила её поцеловать гладкую поверхность чашки, оставленную случайным прохожим. В такой неформальной атмосфере завтрака можно было прозевать часы, забыв о времени....
Родион захлопнул за ней дверь, обошел машину и уселся рядом. Глянул на нее, измученную, чертыхнулся и сам ее пристегнул. Наклонившись низко-низко. Так что она могла рассмотреть золотистые точки на дне его глаз.
– Он точно ничего не…
– Ничего, – выпалила Дарина. – Я же сказала. Извини.
– За что? – процедил сквозь стиснутые зубы.
– Я, наверное, помешала твоим планам на день.
Никак не прокомментировав ее слова, Мурадов отвернулся и выкрутил руль, выезжая с парковки. Ей, наверное, следовало что-то добавить к сказанному.
Вот бы можно было надышаться им впрок! Вот бы можно было…
– Тебя на день одну оставить нельзя! – рявкнул он. – Как ты вообще жила раньше?!"
"– Не знаю, – шепнула Дарина, совершенно не уверенная в том, что должна перед ним оправдываться.
– Приехали. Дойти сможешь?
Дарина покрутила головой по сторонам, но так и не смогла понять, куда же он ее привез. Лишь оказавшись перед знакомой дверью, сообразила – домой. Прошла в квартиру первой. Осмотрелась… Стащила обувь. Провела пальцами по намеренно грубо отделанной стенке.
– Иди, сядь. Тебя шатает, как пьяную. Я пока чай заварю.
Голос Мурадова звучал не слишком приветливо. Но с другой стороны… Он ведь ее не бросил! Так, может, он не так к ней и равнодушен, а?!
Ну да. Мечтай… – зашелся шакальим смехом внутренний голос.
Дарина послушно опустилась на диван. Родион бросил ей сложенный в стопку плед, а она, не сумев предугадать его намерений, не успела его поймать. Плед мягко ударил ей грудь.
– Сам подумай, что ты сделаешь с этим мудаком в таком состоянии, – всплыл в памяти грудной голос Бэллы.
– Убью.
– Вот именно. Под прицелами камер. Давай ты остынешь и подумаешь, как это сделать без свидетелей.
Она же шутила, правда? Или… Он и впрямь готов был кого-то убить… за неё?
Дарина взволнованно закусила губу. Ее снова стало знобить.
