Автор
— Отпусти! — Нет, — отрезает Шведов, глядя на меня тем самым своим я-уже-все-сказал взглядом. — Отпусти, — шепчу тише. — Я ведь даже теперь родить тебе не смогу. Муж ведет плечом, будто ему до этого нет никакого дела, тем самым разгоняя мою истерику. Ору прямо ему в лицо: — Я тебя не… И не понимаю, как его ладонь оказывается на моих губах, а я сама — прижатой к стене. — А я тебя да… — сипит он. — А я тебя да…...
Теперь смотри!
Если во всем доме отделочные работы только начинались, то тут…
— Как? Как ты умудрился? Даже кухню собрали!
На самом деле не до конца. Например, некоторые шкафчики еще не повесили. Да и дверцы были навешаны не на всех, но главное, что технику установили. И мы могли что-нибудь приготовить. Или выпить чай, или…
— Шампанского?
Я закивала. С антидепрессантов я постепенно начала слезать еще в конце октября, а неделю назад и вовсе прекратила прием. И ничего, чувствовала себя прекрасно.
— Сейчас мотнусь в машину.
Семен ушел, я прошла вглубь комнаты. Обнаружила накрытый бело-красным новогодним пледом надувной матрас, ухмыльнулась такой предусмотрительности и провела пальцами по стоящим в забрызганном цементом ведре раскидистым еловым лапам. В тепле смола подтаяла — пахло изумительно.
Когда Шведов вернулся с пакетами, я помогла ему накрыть стол (складной, с которым он обычно ездил на рыбалку). И кивнула в сторону бутылки:
— Кое-кто обещал мне налить шампанского.
— Что еще я забыл? — усмехнулся муж, снимая мюзле."
"— Ничего! Все круто. Я только музыку включу для настроения. Ты не против?
— Черт, о колонке я и не подумал.
— Да я на телефоне. Ну что, давай за старый год?
— Пусть в нем останется все плохое, — кивнул Шведов, чокаясь о край моего бокала своим. В отличие от пластиковых тарелок, ложек, ножей и вилок, бокалы он захватил хрустальные, что как-то сразу задало нужный тон вечеру. Мы выпили, закусили корзиночками с вкуснейшей икрой и гребешками.
— Ну что ты так смотришь?
— Гадаю, что за мысли кружатся в твоей голове.
— О! Они тебе понравятся. — Я подползла к нему, легла ему на колени и так, глядя в потолок, заметила: — Я думаю о том, что мне совершенно нечего загадывать на Новый год.
— Загадывать?
— Ну, привет! Желания… Ты что, никогда не загадывал желания под бой курантов? — изумилась я, приподнимаясь, чтобы заглянуть в глаза мужа.
— А зачем? Если я чего-то хочу, то беру и добиваюсь этого.
Он был непрошибаем, конечно. Я фыркнула.
— Тогда, исходя из твоей логики, я не знаю, чего хочу. У меня есть все, о чем только можно мечтать.
— Все? — вздернул бровь Шведов.
— А чего нет, мне уже не получить, хоть обмечтайся, — шепнула я.
— Ну, ты все же попробуй, — сверкнул Шведов глазами и улыбнулся скупо, поглаживая мое лицо.
