Автор
Драматическая история о сложных отношениях между супругами, где любовь сталкивается с отчаянием и непониманием. Героиня борется за признание своей боли, пока муж остается равнодушен к её страданиям. Между ними встает непреодолимая пропасть, грозящая разрушить семью.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «А я тебя да (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Драматическая история о сложных отношениях между супругами, где любовь сталкивается с отчаянием и непониманием. Героиня борется за признание своей боли, пока муж остается равнодушен к её страданиям. Между ними встает непреодолимая пропасть, грозящая разрушить семью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Драматическая история о сложных отношениях между супругами, где любовь сталкивается с отчаянием и непониманием. Героиня борется за признание своей боли, пока муж остается равнодушен к её страданиям. Между ними встает непреодолимая пропасть, грозящая разрушить семью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А дипломники? Их я куда дену? Нет-нет, — стояла я на своем. — Мы уже и с Садовым все обсудили. Он не станет меня дополнительно нагружать при условии…
— Я чхать хотел на его условия. Ты после серьезной операции, Вера. Тебе нужно отдыхать.
Я хорошо знала это выражение лица… Эту гребаную маску, которая означала, что разговор окончен. Губы дрогнули. Отросшие за время нахождения в больнице ногти впились в ладони.
— Скажи, тебе доставляет кайф отнимать у меня последнюю радость?
— А последняя радость, надо понимать, это тот сопливый мажор? — ухмыльнулся Шведов, вымораживая взглядом оставшийся в тесноте ванной комнаты кислород.
Глава 7
Вера
— Какой мажор? Ты не в себе, что ли?
Боже-боже, что со мной происходило внутри — не передать. Но показать это ему ни в коем случае нельзя было. Вот я и храбрилась, помня о том, что лучшая защита — это нападение. Ну а еще я ведь голой была. Это тоже играло роль. Семен, как бы ни блядовал, на меня каждый раз реагировал, будто впервые видит. Хищный взгляд наполнялся теменью, зрачки расширялись, как у кошачьих в момент охоты, и такое на дне той черноты было, что… В общем, в такой ситуации он забывал обо всем постороннем.
Шведов поднял руку и ласково погладил меня по щеке.
— Главное, не заиграйся.
Меня аж передернуло. Настолько отрешенно и пугающе звучал его голос, особенно на контрасте. Как, блин, у маньяка какого-то.
Что значит — не заиграйся? Хотя… Господи, что тут непонятного?! Он наверняка за мною следил. Или читал мою переписку. А может, и то, и другое делал — с него станется. Боже мой! Но там же не было ничего такого. В переписке-то. Или… Я стала судорожно вспоминать.
— Не понимаю, о чем ты, — напустила равнодушия в голос. Любые эмоции сейчас вышли бы мне боком.
— А ты подумай. Не хотелось бы, чтобы ты все осознала, когда будет слишком поздно.
Внутри будто струна оборвалась. Сердце камнем ухнуло вниз. Во рту пересохло так, что язык едва ворочался.
— Ты мне угрожаешь?
— Тебе? Ну что ты… Я о тебе забочусь.
Значит, ему… Никите. Угрожает.
Я отвернулась, проведя ладонью по столешнице. Как в бреду, сделала несколько шагов к узкому окну, наличию которого в ванной так радовалась. Взялась за ручку.
— Отойди. Тебя просквозит.
Провернула ту, распахивая окно.
— Тронь его — и я выпилюсь.
— Вера, отойди от окна."
"Наверное, так он вел переговоры с террористами. Ни одной живой эмоции на лице. Голос участливый, будто ему приходилось говорить с душевнобольной. Хотя почему будто? Я давно душой заболела…
Подтянувшись на руках, взгромоздилась задницей на подоконник. И все не отрывая от него взгляда.
— Только тронь. Выброшусь. Вскрою вены. Повешусь на собственных волосах… Ты не сможешь контролировать каждый мой шаг. Даже ты не сможешь. А отвернешься — и я тут же осуществлю задуманное.
