Автор
В свете зажженного ночника выглядит он не так коварно, как кажется на деле — смутные от стакана глаза и легкая улыбка скрывают тайну. Но это лишь начало непредсказуемой истории о взломах границ между сознанием и физическим телом, где каждое слово может стать проклятием или благословением....
Так и не добившись вразумительного объяснения, быстро перекусила. Соскочив с высокого стула, собрала тарелки и кружки. Отправила все это в раковину, уже начала мыть, когда заметила посудомоечную машину. Ну и ладно. В первый раз, что ли? Мне совсем не сложно.
Крис ушел разговаривать с кем-то по телефону, а я решила вновь обратиться к Стэфану с вопросом, надеясь все же получить объяснение. Должна же я понимать, как себя вести и вообще жить дальше.
– Что происходит? – мне обидно. Чувствую себя неприятно, неловко и неуютно.
Вместо ответа сводный брат помогает убирать посуду. Каждый раз забирая из рук тарелку или чашку, Стэф касается моих пальцев. Когда возникла необходимость повесить разделочную доску на крепление под навесным кухонным шкафчиком, он обошёл меня, плотно прижался сзади, уперев одну руку в раковину, повесил доску и только потом вернулся на свое место.
– Знаешь, что?! – я нервно закусила губу, неожиданно для самой себя повысив голос на мужчину, в глазах которого живут яркие смешинки.
– Что? – вместо него переспросил Кристиан, вернувшийся к нам.
– Да идите вы! – выпалила, понимая, что ответа не будет. – Надоели… – всхлипнув, кричу на них от обиды.
У Криса брови удивленно взлетают вверх.
– Не хотите мне ничего говорить, тогда я еду домой! – топнув ногой, убегаю в спальню.
– Милли! – Стэфан кричит мне в спину. – Ну капец, – слышу его ворчание через приоткрытую дверь. – И чего это было?
– Она волнуется, ты же видишь, – тихо отвечает Кристиан брату. – Давай объясним сейчас. К черту сюрпризы.
Голоса за дверью стихли, а мне стало ужасно стыдно. Я так себя накрутила до завтрака, что в итоге сама все испортила. Дверь в комнату приоткрылась, являя передо мной одного из близнецов, и выражение его лица мне совсем не понравилось.
– Кис-кис-кис, – загадочно улыбаясь, Стэф медленно двигается ко мне. – Иди сюда, маленький непослушный котенок! Я тебя не обижу.
– Нет! Отстань! – отхожу спиной к двери.
Мужчина вдруг останавливается, и улыбка становится запредельной.
– Привет, – слышу сзади точно такой же, пробирающий до дрожи голос, и сильные руки рывком прижимают спиной к твердому мужскому телу.
Стэфан подходит вплотную и по-хозяйски устраивает свои руки чуть ниже ладоней Криса.
– Попалась, – выдыхает один из близнецов, обдавая жаром кожу на шее.
– Мама, – пискнула, в жалкой попытке прекратить это безумие, не зная, куда деться от настойчивых сводных братьев.
– А маме не скажем, – шепчет Стэф и сминает мои губы наглым, бессовестным поцелуем.
