Автор
В свете зажженного ночника выглядит он не так коварно, как кажется на деле — смутные от стакана глаза и легкая улыбка скрывают тайну. Но это лишь начало непредсказуемой истории о взломах границ между сознанием и физическим телом, где каждое слово может стать проклятием или благословением....
По большому красивому покрывалу. Прошла к окну, затем и вовсе вышла на балкон, откуда открывается потрясающий вид на подсвеченный ночью двор. Мама была права. Здесь красиво.
– Любуешься? – уже надоевший за этот вечер голос заставил вздрогнуть расслабившееся тело.
Герман вновь оказался слишком близко, прижимая меня своим телом к перилам. Дернулась в попытке освободиться, но он гораздо сильнее меня и это оказалось бесполезным.
– Ш-ш-ш, – шепчет он и убирает в сторону длинные волосы. – Тебя отдали мне, – нагло заявляет.
– Пусти! Что за бред ты несешь? – начинаю злиться. – Я не вещь, чтобы меня можно было просто кому-то отдать!
Герман разворачивает меня к себе. Теперь я вижу его глаза, полные пьяной похоти. В этот раз он может не остановиться, как было в машине. Стало страшно.
– Детка, – жестко усмехается парень. – Ты еще не поняла, куда попала? В моем мире все продается и покупается.
– Нет, – ком в горле не дает говорить спокойно. – Я не хочу всего этого. Мне не нужно, – начинаю откровенно паниковать. – У них девушки есть. Пусти меня…
– Тише ты, – прижимает сильнее, чтобы перестала вырываться. – Когда ты во всем разберешься, – его лицо становится ближе, обдавая меня перегаром.
"Сжимаюсь вся и пытаюсь отстраниться. Перила балкона больно врезаются в спину. Невольный стон. Герману хватило, чтобы ворваться в мой рот языком и по-хозяйски там себя чувствовать. Мои слезы его не останавливают. Наоборот, кажется, заводят сильнее. Мужская ладонь поползла по голому бедру под платье. Он прикусывает нижнюю губу, слегка оттягивает зубами. Отпускает, снова целует.
– Сладкая… – хрипло шепчет и добирается до трусиков.
Сдвигаю ноги, но он расталкивает их коленом… и все заканчивается, когда за его спиной слышится обманчиво спокойный голос:
– Я убью тебя, – и мой спаситель за шкирку оттаскивает Германа в сторону.
Глава 22
Стэфан
Оттащил бухого друга от маленькой перепуганной девочки. Рывком вжал его в стену, на что ушли практически все силы.
– Гер, – хрипло дышу. Легкие горят, слабость волнами прокатывается, подкашивая ноги. – Не надо.
