Автор
В свете зажженного ночника выглядит он не так коварно, как кажется на деле — смутные от стакана глаза и легкая улыбка скрывают тайну. Но это лишь начало непредсказуемой истории о взломах границ между сознанием и физическим телом, где каждое слово может стать проклятием или благословением....
У нее же праздник… Зачем он так?!
– Решил, что можешь распоряжаться чужими жизнями?! Возомнил себя Богом?!
– Стэф, Стэф, тормози! – шипит Кристиан, хватая брата за плечо и разворачивает к себе лицом. Второй подошедший пока не вмешивается. – Не надо. Не сейчас, – просит он.
– Да пошел ты! – огрызается близнец, скидывая с себя руки брата. – Я жду ответа! – обращается к отцу.
– Прошу прощения, – отчим игнорирует его, громко обращаясь к гостям. – Мальчик перенервничал. Все вы знаете, он тяжело переживал наш развод с бывшей женой.
– Не смей говорить о матери на этом убогом мероприятии! – рычит Стэфан.
– Она даже не попрощалась с тобой, мальчишка, – шепчет отец, чтобы слышали только те, кто стоит рядом. – Ты никому не нужен, Стэфан. Кроме меня и брата. Не позорь семью!
По моей щеке потекла слеза. Я не выдержала. Стало так больно, не за себя, за мужчину, стоящего сейчас ко мне спиной.
– Стэф, – к нему подошел тот самый неизвестный гость.
Парень дергается и переводит глаза на… друга? Вероятно, так и есть.
– Ты обещал! – он говорит таким тоном, что не слушать его невозможно. Вибрирующий голос заставляет вздрагивать. – Не надо больше… Хватит.
Стэфан молчит. Его потряхивает от напряжения. Зубы сжаты. Кристиан обнимает брата за плечи и тащит в сторону. Тот больше не сопротивляется. Опустив голову, позволяет себя увести. Михаил обнимает маму, та тихо плачет у него на плече, а я ухожу в сторону, не в силах больше оставаться здесь.
– Все будет хорошо, – слышу, отдаляясь. – Не слушай его. Стэфан просто скучает по матери.
И мама кивает, соглашаясь, принимая его правду.
Отошла к бассейну, а через миг оказалась в ледяной воде, задыхаясь от попавших в нос брызг. Я даже закричать не успела, когда меня толкнули в спину с такой силой, что на ногах удержаться не вышло.
Глава 32
Милли
Платье прилипло к телу, тушь щиплет глаза вперемешку с обидными слезами. На бортике, торжественно улыбаясь, стоит Лана.
– Не приближайся к нему, – брызжет ядом эта красивая стерва и, грациозно развернувшись на каблуках, покидает меня."
"Стуча зубами, выбралась из воды, устроившись прямо на кафельной плитке. Какая теперь разница, испачкаю ли я платье. Оно все равно испорчено. Перед Таей ужасно стыдно. Но я ведь не виновата!
– Как же холодно! – бурчу под нос, поднимаясь на ноги.
Последние дни августа к вечеру уже больше похожи на осень.
