История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Раздел Chitat.online для книги «А может, я умею?» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На экране было лицо яркой длинноволосой брюнетки, чье лицо наполовину закрывали огромные солнцезащитные очки. Но общей эффектности образа это нисколько не приуменьшало. Что она там про «придушить» говорила? И только потом Ира обратила внимание на имя.
Лютик.
Гоша подошел и взял телефон.
— Так вот ты какой, Геральт из Ривии.
Гоша прыснул, а потом прижал палец к губам, поднося телефон к уху. Делать тайну из этого разговора он явно не собирался.
— Привет, дорогуля. Как ты, как Ганька? А я-то что, со мной полный порядок. Не кашляет почти? Вот это здорово! Ну дай мне его. — А дальше голос у Гоши изменился. Если до этого он говорил мягко, ласково, но слегка иронично, то теперь в его голосе появились настолько особенные нотки, что Ира безошибочно поняла, что он говорит с ребенком. — Привет, герой. Я-то? Конечно. Ну если ты больше не будешь кашлять и пускать сопли — приеду. А то я уже старенький, вдруг ты меня своими зелеными соплями заразишь. Что? Уже не зеленые? А какие — синие? Прозрачные? Это хорошо? Ну раз мама говорит, что хорошо — значит, хорошо! Все, договорились. Хану привет передавай от меня.
Он положил телефон на стол и протянул Ире ее чашку. Ирина сделал глоток. Сейчас час был гораздо вкуснее, чем тот, до секса. И пился с гораздо большим удовольствием.
— Интересные у тебя знакомства, — Ирина поудобнее устроилась на стуле. — Лютик, Хан и некто с синими соплями.
Георгий с видимым удовольствием рассмеялся.
— Даже спорить не буду, — он тоже отдал должное чаю. — Лютик — это жена моего брата. Того самого большого мужчины на смешной машине.
— А почему Лютик? — Ира заулыбалась. Нет, оно было понятно, что с этой женщина Георгия вряд ли связывают романтические отношения. Но получить подтверждение оказалось приятным. — Это прозвище?
— Да, как-то так… исторически сложилось, — слегка недоуменно пожал Гоша плечами. — А вообще-то она Людмила. Люся. Отсюда и Лютик, наверное. Я уже и не помню, почему, если честно. Но ей подходит.
— А Хан — это домашнее прозвище ее мужа и твоего брата? — Ира никак не могла удержать потока вопросов. Ей было и в самом деле интересно. А Гоша, кажется, без особого напряга и даже с удовольствием рассказывал о своей семье.
— Не, у Гришки погоняло — Шрек! — расхохотался Гоша. — Только он не очень-то на него откликается. А Хан — это их алабай.
— Тот самый, которому ты Самсона мечтаешь скормить?
— Угу. Мерзкая тварь. Не понимаю прелести в этих комнатных шавках.
Ира не стала спорить о породах собак. Вместо этого она снова принялась задавать вопросы.
— А человек с синими соплями — это…
— Племянник! — улыбнулся Гоша. — Старший. Ужасно забавный пацан. И болтун редкий.
— А младший?
— А младший пока не говорит. Только орет — если вовремя еду не сервируют.
Ира вернулась к чаю.
