Роман раскрывает секретные архивы Особой экспедиции III Отделения при Николае I. Загадочная государственная служба занималась расследованием странных и необъяснимых событий. Автор погружает читателя в атмосферу интриг, тайн и мистических происшествий имперской России, где реальность...
Раздел Chitat.online для книги «А. С. Секретная миссия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роман раскрывает секретные архивы Особой экспедиции III Отделения при Николае I. Загадочная государственная служба занималась расследованием странных и необъяснимых событий. Автор погружает читателя в атмосферу интриг, тайн и мистических происшествий имперской России, где реальность...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман раскрывает секретные архивы Особой экспедиции III Отделения при Николае I. Загадочная государственная служба занималась расследованием странных и необъяснимых событий. Автор погружает читателя в атмосферу интриг, тайн и мистических происшествий имперской России, где реальность...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Я же не виноват, что путь познания требовал таких денег…
– И где же вы изволили вступить на этот путь? – спросил Пушкин с неподдельным интересом. – Вы ведь учились в Германии, насколько мне известно? Иена, Лейпциг… Уж не там ли истоки?
– Ну что вы! Чему могли бы научить эти немцы и чем заинтересовать человека вроде меня… – последнее слово он произнес с неприкрытой гордостью. – Иные невежды считают, Александр Сергеевич, что тайными науками у нас на Руси стали заниматься лишь после того, как государь Петр Алексеевич, по чьему-то остроумному определению, прорубил окно в Европу. Совершеннейший вздор, унижающий наши национальные чувства. Еще в старину мы нисколечко не отставали от Европы. Я не имею в виду тех мужиков-кудесников, о которых вы так талантливо писали в вашей поэме. Я говорю о книжном знании. Мы и здесь не отставали ничуть. Другое дело, что ввиду известных обстоятельств знание это таилось вдали от любопытных глаз и ушей… Доводилось ли вам слыхивать о боярине Федоре Васильевиче Курыне?
– Разумеется, – сказал Пушкин. – Не тот ли, что при великом князе Иване Третьем, отце Иоанна Грозного, ездил с посольством к мадьярскому королю Матиашу Корвину?
– Тот самый.
– Потом он, насколько мне известно, был замешан в движение еретиков среди высшего боярства? Все они были казнены, кроме Курына, судьба коего неизвестна…
– Конечно же, – сказал Ключарев, кривя губы. – Кем еще, как не еретиками, могли их объявить тогдашние твердоголовые попы?
– Помнится, он написал еще «Сказание о Дракуле», имевшее в старину большой успех…
– Верно. Но это все, Александр Сергеевич, лишь, пользуясь морскими сравнениями, крохотная, видимая над поверхностью частичка огромной подводной горы… Федор Васильевич, скажу вам по секрету, не только изучал тайную премудрость, но и сам был автором целых трактатов…
Пушкин кивнул:
– «Лаодикийское послание», я знаю. Несколько загадочных афоризмов, производящих впечатление шифра, и таблица в сорок клеток, заполненная уже несомненным шифром. В юные годы, увлекшись всевозможной тайнописью, я и сам над ней ночами просиживал…
– И совершенно бесполезно, смею вас заверить, – хихикнул Ключарев. – Поскольку «Лаодикия» – не зашифрованное послание, а всего-навсего ключ – но вот те послания, которые он отмыкает, как раз и остались скрытыми. Уж мне-то это прекрасно известно… поскольку род свой мы ведем как раз от Курына. Кое-какие семейные традиции, знаете ли. Вот уж триста лет те представители фамилии, что испытывали интерес к тайному знанию, имели в распоряжении кое-какие семейные архивы.
