Как жаль, что у меня нет чувства юмора, я бы тоже успел сказать ей на прощание что-нибудь смешное. Например, что буду драться, взяв в каждую руку по гному, всё равно у них лбы чугунные… или это не смешно?
– Настырные, вон, пришли, надо же, они. – Меж деревьев действительно замелькали чёрные плащи. Окружали нас быстро, брать живьём, видимо, никто никого не собирался. Из-за дальнего дерева высунулся наш давешний знакомец с неприятным лицом и красной повязкой на рукаве. Память у него хорошая, узнал всех и сразу:
– Тот самый ааргх и оба гнома-изменника? Опять эти реликтовые расы путаются у нас под ногами… Убейте их всех, но аккуратно – каждая голова должна иметь товарный вид! Я хочу видеть их набитыми соломой над каминной полкой среди своих охотничьих трофеев.
Судя по тому, как дружно расхохотались парни в чёрном, это была очень удачная шутка. Нет, мне такого никогда не понять, я тупоумный ааргх, что поделать…
Мой господин уже подплыл к камышам, Сун и Эландер тоже были в двух шагах от спасительного берега. Неужели нам так уж обязательно гибнуть?! Тем более что тут от силы с десяток арбалетчиков, а с остальными можно попробовать разобраться… Я взял меч в зубы и сгрёб обеих гномов за воротники. Они, поджав губки, кивнули, значит, поняли свою задачу. Не пловцы, верно, но вопросов не задают и в драке незаменимы.
– Шы-ы-ыр!!! – попытался грозно взреветь я, но с железом в зубах мой боевой клич показался каким-то смазанным и даже сюсюкающим.
Туром и Нетуром, подброшенные мною, как птички перелетели через копья врага, приземлившись уже в средних рядах. Командир тайной полиции закашлялся, стушевавшись, и мудро отступил за своих копейщиков.
– Бейруби-рубибей! – с невероятной быстротой зачастили родственнички, умело работая широкими топорами. Берег мгновенно огласился криками, стонами и звоном оружия.
– Гр-р-р, – скромно напомнил я о себе, берясь за меч обеими руками, но шквала нападающих почему-то не последовало. Так, двое-трое самоубийц, не более.
«Чёрные плащи» организованно отступили, давая арбалетчикам время и возможность для прицела. Сделавшие своё дело гномы подкатились ко мне, с ног до головы перемазанные кровью, но живые и довольные. Я понимал, что лишусь обоих после первого же залпа, а потому принял единственно верное, хоть и нестандартное решение:
Сунул меч в ножны, показал врагу язык и, подхватив отчаянно отбивающихся бородачей, в длинном прыжке плюхнулся в реку. Заплыв в одежде, с оружием для меня не в диковинку, гномы повисли по обе стороны шеи, крепко сцепив ладошки, а свободными руками держа над водой верные топоры.