– Или мне повторить приглашение ещё раз? Ты ведь отлично его чувствуешь, ааргх…
Ящерка! Наёмница, поняв меня с полувзгляда, помогла опустить рубашку – так и есть, изрядно вывернув шею, мне всё же удалось увидеть эту гадскую наколку, ящерка вернула себе хвост. Теперь ведьмы могут управлять мною, как когда-то управляли Сун. На мгновение мне стало действительно страшно.
– Какая досада. – Мы вошли внутрь, и дверь за нашими спинами мгновенно захлопнулась, оставив нас в кромешной тьме. – О, как я забывчива… Минуточку, милые гости, сейчас будет свет!
Яркая вспышка так резанула по глазам, что виски отдались болью. Мой хозяин рухнул на колени рядом, закрыв лицо руками и ругаясь так грязно, как только он мог себе позволить при его высшем образовании. Сун была единственной, кто сохранил самообладание, я не видел, но каким-то образом почувствовал, как она, без вздоха, вырвала метательный дротик из своей ноги.
– Я знала, что вы придёте, – столь же любезно продолжал голос, и в глубине залитого невыносимым сиянием зала возникла кажущаяся призрачной фигура. – У меня было мало времени достойно подготовиться к встрече, прискорбно, но думаю, вы не обидитесь… Тебе не очень больно, маленький ааргх?
– Будь ты проклята, – с наслаждением прошептала наёмница, и острая метательная стрелка злобно свистнула в воздухе. На таком расстоянии не мог бы промахнуться и начинающий воин – дротик вонзился ведьме в горло!
– Спасибо, – проскрипел я зубами.
– Не за что, – пошутила Сун. То есть я склонен предполагать, что здесь имела место некая шутка, потому что фигура продолжала двигаться как ни в чём ни бывало.
– Все герои одинаковы, вас так несложно провести…
Свет стал приглушеннее и мягче, комната обрела чёткие очертания. Мы находились в спальне Верховной, она сама сидела на подушках в центре большой четырёхспальной кровати. Стены были увешаны оружием, охотничьими трофеями, щитами, гербами и картинами. В одной из них, изображающих саму Верховную в полный рост, и торчал стальной дротик Сун…
– Конечно, я ранена, но не так беспомощна, как могло ошибочно показаться кому-то из сестёр. – На этот раз главная ведьма Блуждающего замка была одета лишь в тонкое чёрное платье, оставляющее открытыми плечи и грудь. Левая рука покоилась на перевязи, а её лицо, всё ещё сохранившее остатки былой красоты, казалось безумно порочным. Обычные женщины к тридцати годам сохраняются гораздо лучше…
– Итак, вы трое сумели пройти в святая святых – личные покои Верховной! Надо ли мне спрашивать, кто вам в этом помог?
Мы молчали. Я, потому что не мог вымолвить ни слова – проклятая ящерица перебралась мне на шею и жгла, словно раскаленное клеймо.