Уф… это нам еще повезло, что два других (включая деда Эйвин) упертые в своем эльфийском высокомерии, находились сейчас с теми группами, что прочесывали окрестности. С ними мы бы точно ни о чем не договорились…
Эландер облегченно выдохнул, поклонился еще раз и опрометью бросился назад, предупредить гонца о том, чтобы ведьме на мамонте не чинили препятствий и, более того, защитили от любых роковых случайностей…
— Пойдемте-ка отсюда, господа, — неожиданно вспомнил Эшли. — Нашему другу нужен покой и сон. А нам есть что обсудить и в узком кругу. Туром, дорогой, где там твои знакомые ведьмочки? Пусть принесут фрукты и вино. Надеюсь, никто не против?
Дураков протестовать не нашлось. Когда они все вышли, я вновь рухнул в постель, чувствуя, что еще слишком слаб. Такие удары по затылку даром не проходят, дедушка говорил, что так и сотрясение мозга схлопотать недолго. В целом ааргхи, как вы понимаете, этому делу особо не подвержены, у нас, скорее, проблемы с мозгами, чем с их ушибом. Чего практически нет, то и отшибить нереально.
Я потянулся, допил еще теплое молоко и с удовольствием обнаружил за пазухой заветную книжечку. Правда, не так давно я чуток перечитал, но если не злоупотреблять, то можно часок-другой и отвлечься от того, что по-любому сиюминутно не исправишь. Если Карланиус действительно считает Эйвин своей дочерью и она нужна ему живой, то уж ближайшие несколько дней маленькой грубиянке ничто не грозит. А мы найдем ее и спасем, я уверен. Поэтому пока вернемся к книге…
«Человеку, желающему обезопасить себя от колдовских чар, необходимо помнить главное — это в принципе невозможно! Увы, но лучше всегда смотреть правде в лицо. Если волшебник решит, что вы ему мешаете, то он не будет сдерживать себя ни религиозными, ни морально-этическими нормами, ни законодательными актами того или иного государства.
Для подавляющего большинства магов все прочие люди являются созданиями недоразвитыми, неблагодарными, бесполезными и попросту глупыми. А стало быть, и дорожить их жизнями не стоит абсолютно. Поэтому взывать к совести и благородству волшебника не только бесполезно, но и опасно, ибо ваши слезы вызовут в его душе лишь смех и раздражение, что неприятно отразится на вашей же судьбе.
Однако хуже всего, что человек может и не подозревать, как и когда подвергнется атаке злых чар.