– Прошлой ночью Билли и Ооту убили мистера Пакера и забрали его золото. Вот почему наши мужья отправились на перевал. Но прошло уже четыре часа, а Зек так и не вернулся.
– Откуда ты знаешь, что они…
– Билли сам заявился в наш дом и едва не убил меня.
– Ты видела их мертвыми?
– Значит, они живы. Мой муж где-то там.
– Ни слова больше! – Миссис Илг решительно зашагала вверх по тропе, попутно толкнув Глорию в снег.
Где-то на горе вскрикнула женщина.
– Эл, мать твою, убери от меня свои грязные лапы! – потребовала Джосс.
– Эй, потише, тут дети рядом! – огрызнулся помощник шерифа. – Прикуси язык и…
– Не указывай мне. Ты слишком сильно затянул эти железки у меня на запястьях. От них руки немеют. И мне нужна таблетка для мозгов.
– Вот доберемся до места, сверну и дам затянуться. Успокойся, не буянь.
Мэддокс посмотрела вперед, в конец каньона. Метель улеглась, и ей открылся наконец поднимавшийся к Пиле крутой белый склон в двух милях к югу. Она прищурилась, стараясь пройти взглядом по растянувшимся зигзагом черным пятнышкам, похожим на ленточку муравьев-солдат, и подумала, что лучше бы сделала все одна – рискнула бы там, в Абандоне, чем путаться с кучкой этих жалких паломников.
Ближе к скале тропа, утоптанная и разглаженная сотней снегоступов, превратилась в обледенелую лестницу.
– И как, по-твоему, я буду подниматься без рук? – снова повернулась барменша к своему конвоиру.
– Потащу тебя за ворот, – ответил тот. – Я ведь тебе помогаю, так?
Джослин специально споткнулась, и Элу пришлось схватить подопечную под локти, чтобы удержать ее и не дать ей скатиться с горы.
– Мы уже почти на месте, – сказал он. – Ты же в состоянии сделать еще десяток шагов?
Ниже, футах в пятидесяти от них, вскрикнула женщина.
– Отправился на перевал с мистером Уолласом, милая.
Бесси поднималась по склону впереди дочери, и ее мысли разбегались в разные стороны. Золото. Убийства. Индейцы на перевале. Они задержались в городе, потому что Билли приказал пойти сначала домой и приготовиться к поездке в Силвертон, а уже потом подняться в часовню. Но теперь она была с ним и, что бы там ни случилось, чувствовала, что так и должно быть. В конце концов он – ее муж. И Господь велел ей подчиняться ему.
Подъем стал круче, и впереди миссис Маккейб ожидали обледенелые ступеньки, подходившие к самой вершине куэсты.
– Все хорошо, малышка. Здесь я возьму тебя за руку. – Бесси повернулась и обмерла, не увидев своего ребенка. – Гарриет! Гарриет!
Склон поднимался настолько высоко над городом, что оттуда еще была видна полоска солнца, повисшего над дальним краем каньона.
– Что-то случилось, мэм? – спросил англичанин, поднимавшийся следом за ней с женой и двумя дочерьми.
– Вы видели мою дочь? – метнулась к нему молодая женщина. – Ей шесть лет.