Гарриет отвернулась от Стивена к огню.
Он положил руки на ее хрупкие плечи.
– Пойдем в мой дом. Я растоплю печь и приготовлю нам ужин.
– А Саманту Бог наказал?
– Она одна дома, на моей кровати. И ей страшно.
Коул поднялся. Он так устал, что мог бы лечь на свой набитый еловыми ветками матрас и проспать лет тридцать.
– Мы будем проходить мимо твоего старого дома и заберем ее, – пообещал он ребенку.
Затем проповедник помог девочке подняться и взял ее за руку. Они вместе вышли из церкви.
Ночь выдалась ясная. В небе поднималась полная луна.
Крошечные звездочки перемигивались между собой, и среди них тускло светился красноватый Марс.
Темный и тихий, в каньоне лежал Абандон. И только сверху, издалека, доносился едва слышный стук, как будто работала камнедробилка.
Там, внутри горы, люди колотили в железную дверь.
Эбигейл подошла к железной двери – ни ручки, ни замочной скважины. Лоренс тоже подошел и толкнул дверь, после чего позвал Куинна.
– Это же не шутка? – спросила журналистка, изо всех сил удерживая рвущийся наружу страх.
Ее отец отступил, разбежался и с силой ударил по двери каблуком ботинка.
Эхо раскатилось по стенам и затихло.
Лоренс упал на землю и, морщась от боли, схватился за лодыжку. На пол осыпались осколки камня и мелкая крошка. Фостер посветила на дверь. Поверхность ее хранила многочисленные следы отчаяния – щербинки, царапины, зарубки, – как будто кто-то испытывал на ней все имевшиеся в его распоряжении инструменты. Канавки от пуль, разбросанные ямочки от дроби, а в середине – большая вмятина, оставить которую, как подсказывало воображение, могла группа мужчин, атаковавших неприступную дверь валуном.
Из пещеры вышла Джун.
– Что случилось? – спросила она с удивлением.
– Куинн запер нас здесь, – объяснила журналистка.
Миссис Тозер тоже потолкала дверь и, убедившись в тщетности своих усилий, громко позвала Коллинса.
– Побереги силы, – посоветовала ей Эбигейл. – Думаю, эти люди, которые здесь погибли, перепробовали все варианты. Даже валуном ее таранили. Но у них ничего не получилось.
– Господи… Мы же умрем здесь, как и они все. – Джун пошатнулась и стала судорожно хватать ртом воздух. – Что же это такое? Как же…
– Так, минутку. – Лоренс с усилием поднялся с пола. – Давайте все немного передохнем. Можно поддаться страху и впасть в истерику, но это нам не поможет. Мы все равно окажемся там же, где и были, запертые в горе. Так что давайте пропустим ту часть, где все бесятся и сходят с ума. Самое важное сейчас – свет.
