В подземном переходе города мелькали редкие имена розовых, лиловых и фиолетовых цветов. Андрей Сабуров остановился, пораженный необычностью этого места в середине зимы — в десятки тюльпанов заменила обычные сногсшибательно-красочные букетики. А вокруг — мир безмятежный и застывший, словно заколдованный ледяной яркостью светодиодов метро....
— Может, вам по-английски повторить, так понятнее будет?! Я бы с радостью, но не знаю я вашего английского!
«Вашего?!» — это слово будто подтолкнуло Сабурова. Он понял, кто находится в комнате с Попцовым. Хармфорд! Наверняка он! А что по-русски говорит, так это неудивительно — Скат тоже английским так владеет, что если захочет, от американца его не отличить. Точно, это Хармфорд. Кстати, все довольно логично — где ему сейчас еще быть, как не здесь. И укрытия надежнее, чем дом российского полковника, придумать трудно, и руку на пульсе событий здесь держать можно.
— Сколько вы уже народу сюда перебросили? Сотни полторы? Или больше? Неужели не справитесь?!
— Сколько мы сюда перебросили, вас не касается, — голос его собеседника стал совершенно ледяным.
— Как?!
— Отошлите куда-нибудь людей! Придумайте куда!
Тут Андрей почувствовал осторожное прикосновение к плечу. Это был Левша. Он молча сунул под нос Сабурову часы — до оговоренного со Скатом времени атаки оставалось десять секунд.
«Да что же это такое! — отчаянно подумал Андрей. — Хоть минутку бы еще!» Но никакого способа известить Ската, чтобы он подождал, не было.
А Попцов продолжал свой монолог:
— Я уже все, что мог придумать, использовал. Патрули усилены, посты на опорных точках тоже. Всех, кого мог, отправил в отпуск. Пять человек отправил…"
"Куда он отправил пять человек, Попцов сказать не успел. Окно комнаты, в которой он находился, словно взорвалось, и в комнате оказался Скат. Одновременно, секунду в секунду с этим, через дверь ворвался Левша — Сабуров остался позади, как менее опытный.
Комната была большая, по местным меркам роскошно обставленная.
