Но что тут поделаешь — вернуться домой всегда было темною стороной сердца. Как старый винодел сбежал за границей, так он теперь решил утопить последние дни в кубках русской травы и пряностей. Теперь предстоит вернуться обратно, где жизнь не спрячется под легким покровом ночи....
Похоже жизнь и тренинги ее к такому не готовили: со своей едой в ресторан нельзя, и в то же время еда вроде как и не еда....
- Да, нас ожидает господин Шаповалов и его спутница, - говорит за моей спиной Кирюша.
- Передайте шеф-повару в знак благодарности, единственное, большая просьба: воткните цуккини в центр композиции - цену овоща, включите в счет, - протараторив, сую букет обалдевшей девушке.
Впрочем, с растерянностью девушка справилась быстро, кивком головы подозвала парнишку одетого в белоснежную рубашку и черные брюки:
- Отнеси в кабинет Дмитрия Валериевича, цукини добавлять не нужно,- распорядилась и повела нас вглубь веранды, мимо круглых покрытых темно-зелеными скатертями столов, окруженных широкими полукреслами, обтянутыми бордовым бархатом.
"- Наконец-то, пока вас дождешься, с голоду помереть можно, - беззлобно проворчал мамин жених.
Я напомнила себе, о запланированной на время ужина образцово-показательности: грациозно присела на краешек полукресла. Так-то, хотелось не присесть, а рухнуть, откинуться на спинку, сбросить узкие туфли.
Гад Кирюша, в отличие от меня, на сиденье плюхнулся, развалился нахально....
- Стась, я на свой вкус для тебя заказала, посмотришь еще что-нибудь? - мама крутит головой, ищет глазами официанта, официант, материализуется перед столиком.
- Мам, спасибо, я полностью доверяю твоему вкусу, - мягко улыбаюсь, укладывая на коленки возвращенный Шаповаловым клатч.
Оглядываюсь по сторонам, лишь бы не встречаться с ехидным Кирюшиным взглядом.
Прикольная веранда в Пушкине: с внутренней стороны заборчика, ящики заполненные буйно растущими садовыми цветами, зелень скрывает гостей от посторонних глаз. Слышно как липы шумят на бульваре, летом наверное сюда долетает медовый запах цветущих лип.
- Будте добры: салат с рукколой и ростбифом, воду без газов и чуть позже двойной эспрессо, - диктует Кирюша.
- Что так скромно Кир? А горячее? - вмешивается Александр.
Беспокоится за племянника, как бы не усох бедолага... Язвительно думаю я.
Официант открывает игристое вино, разливает в тонкие бокалы. Дорожки из крошечных пузырьков бегут вверх по внутренним стеклянным стенкам...
- Ну что ж, - мамин жених поднимает бокал, - спасибо тебе Ирина, что наконец согласилась выйти из подполья, немного жаль, что свадьба случится только в октябре, но раз ты так захотела - значит захотела. Пусть будет по - твоему.
