- А вы уверены, что вам нужен именно он?
- Совершенно уверен, - сказал Бартолд.
- Вы найдете его у собора, - ответил монах. - Пойдемте, я и сам туда направляюсь.
Бартолд последовал за монахом. Берталер был наемным солдатом, воевал по всей Европе. Таких у собора не найдешь... Разве что, подумал Бартолд, сгоряча ударился в религию...
- Вот и пришли, господин, - сказал монах, останавливаясь перед благородным, устремленным ввысь зданием. - А вот и Ганс Берталер.
Бартолд увидел на ступенях собора человека в лохмотьях. Рядом лежала бесформенная шляпа: а в шляпе - два медяка и хлебная корка.
- Нищий, - брезгливо пробормотал Бартолд, - Но все же, не исключено...
Он пригляделся внимательнее и заметил пустые, бессмысленные глаза, отвисшую челюсть, подергивающиеся губы.
- Душераздирающее зрелище, - сказал монах, - В битве со шведами Ганса Берталера ранило в голову, к с тех пор он так и не пришел в себя.
Бартолд кивнул, оглянулся на пустынную соборную площадь, на безлюдные улицы.
- А где все? - спросил он.
- Да неужто вы не знаете, господин? Все бежали из Кенигсберга, кроме него да меня. Ведь здесь Великая Чума!
Бартолд в ужасе отшатнулся и побежал по пустынным улицам назад, к флиперу, антибиотикам и любому другому году.
Предчувствуя неотвратимый крах, промчался Бартолд сквозь годы в Лондон конца XVI века. И в таверне ""Медвежонок"", что близ Грейт-Хергфорд Кросса, осведомился о некоем Томасе Бартале.
- Это зачем же вам понадобился Бартал? - спросил трактирщик на таком варварском наречии, что Бартолд с трудом понял смысл вопроса.
- У меня к нему дело, - ответил Бартолд на гипноусвоенном староанглийском языке.
- Быть того не может! - трактирщик смерил взглядом Бартолда, оценил кружевную пену брыжжей. - Да неужели вы не шутите?
Посетители обступили Бартолда. не выпуская из рук оловянных кружек, и на фоне лохмотьев он разглядел блеск смертоносного металла.
- Фискал, а?
- Какого шута здесь делать фискалу?
- Может, слабоумный?
- Безусловно, иначе не пришел бы сюда один.
- И просит, чтобы мы выдали ему беднягу Тома! Трактирщик с ухмылкой наблюдал за тем, как толпа оборванцев надвигается на Бартолда, как оловянные кружки вот-вот будут пущены в ход вместо палиц, Бартолда прижали к стене.
- Я не фискал! - воскликнул он.
- Бабушке своей расскажи!
Тяжелая кружка грохнулась о дубовую панель у него над головой.
Бартолда осенило: он сдернул с головы шляпу, разукрашенную перьями.
- Посмотрите на меня!
Оборванцы уставились на него во все глаза.
- Ну вылитый Том Бартал! - охнул кто-то.
- Но Том ведь даже не заикался, что у него есть брат! - заметил другой.
- Мы близнецы, - поспешно разъяснил Бартолд. - Нас разлучили, едва мы появились на свет. Лишь месяц назад я узнал, что у меня есть брат-близнец. И вот я здесь, чтобы познакомиться с ним.