Рассказ о редкой книге фантастики становится поводом для размышления о власти слова и идей. Автор исследует, как литература влияет на общество, какие книги становятся запретными плодами, и почему люди готовы платить любую цену за доступ к знаниям. История раскрывает конфликт между цензурой...
Арвелл отпил немного из своего бокала и решил, что атмосфера взаимопонимания в конце концов установилась. Он доказал капитану, что вовсе не сумасшедший. Напротив, его воззрения вполне обычны. Теперь самое время воспользоваться преимуществами сложившейся ситуации.
- Надеюсь, сэр, - сказал он, - астероид не доставит вам особых хлопот.
Капитан поморщился от досады.
- Мистер Арвелл, вы упрашиваете меня совершить по сути антиобщественный поступок. Для меня, как для человеческого существа, сам факт вашей высадки на астероиде будет чем-то вроде проявления собственной несостоятельности. В нашу эпоху никто не бывает одиноким. Мы держимся все вместе, жмемся друг к другу. Многолюдье обеспечивает нам ощущение покоя и безопасности. Мы поддерживаем друг друга.
- Совершенно верно. Но необходимо также допускать и возможность индивидуальных различий. Я - один из тех немногих, которые искренне хотят уединения. Из-за этого я могу казаться чудаком. Но, разумеется, к моим желаниям следует относиться с уважением.
- Гмм, - капитан серьезно взглянул на Арвелла. - Вам просто кажется, что вы хотите уединения. А приходилось ли вам испытывать его хоть раз по-настоящему?
- Нет, - признался Арвелл.
- О, тогда вы и понятия не имеете об опасностях, присущих этому состоянию. Разве не лучше было бы, мистер Арвелл, в полной мере пользоваться преимуществами нашей эпохи?
Капитан стал разглагольствовать о Великом Мире, который длится уже более двухсот лет, и о психологической стабильности, благодаря которой он существовал. Слегка раскрасневшись, он горячо защищал взаимовыгодный симбиоз между человеком, этим организовавшемся в общество животным, и его творениями, безупречно функционирующими машинами. Он напомнил о величайшей задаче человечества - организации функционирования своих созданий с наибольшей эффективностью.
- Все это верно, - согласился Арвелл, - но не для меня.
- А вы пытались подступиться к этому? - хитро улыбаясь, спросил капитан. - Вы испытывали глубокое волнующее чувство взаимного сотрудничества? Чувство удовлетворения, которое приносит руководство сельскохозяйственными андроидами, когда они возделывают пшеничные поля, управление андроидами, орудующими под водой? Какая важная, полезная задача! Даже наиболее простая задача - быть надсмотрщиком, ну, скажем, над 20 или 30 фабричными роботами, и то позволяет испытать при ее решении чувство глубокого удовлетворения.
