Автор
Дежурный на посту обсерватории заходил в ласковую подземную залу визинга, чтобы ощутить космос напрямую, не через датчики. Погранзаставка установлена здесь уже более тысячи лет, когда человечество активно расселялось по звездам и верило в свою центральную роль во Вселенной....
Влад сделал над ней круг, пролетел над вершиной Единорога, на которой стояла кучка волосатых, одетых в шкуры гоминоидов-охотников, и повернул на юг – во время катастрофы геомагнитные полюса Земли поменялись местами, – к побережью Русского Сверкающего океана. Ему предстояло преодолеть около четырехсот километров по прямой, чтобы достичь Мурманской общины, а о том, что он будет делать потом, Влад не задумывался. Он был молод и верил, что выход можно найти всегда и из любого положения.
* * *До Мурманской общины, главная деревня которой располагалась на берегу Белого залива, Влад долетел за два часа.
Сделав над деревней круг, Влад посадил флайт у крепостной стены, недалеко от ворот, и мысленно скомандовал гепарду вылезать. Огромная пятнистая копытная кошка гибко вымахнула на землю, потянулась, принюхиваясь и не обращая никакого внимания на двух недружелюбно настроенных охранников ворот.
– Плохое ты выбрал время для похода, парень."
"– Почему? – насторожился Влад.
– Напали на нас. Староста ранен, еле дышит, кадас убит, управделами тоже.
– А Фома?
– Он в поиске, еще не вернулся.
– Мне нужен только транспорт, на этой колымаге я далеко не улечу.
– Хоздвор сгорел, у нас самих теперь остался только один почтовик. Зайди к властнику, поговори, может, подскажет что.
Охранники открыли ворота, и Влад вошел в деревню.
Архитектура Мурманских деревень ничем не отличалась от архитектуры Дебрянской общины. В центре деревни располагалась соборная площадь с каабой Веры, от нее отходили радиальные улицы, как спицы колеса, пересекаясь с кольцевыми улицами, которых насчитывалось обычно от трех до семи.
Влад вышел на соборную площадь деревни и остановился, глядя на ряды прикрытых черными накидками тел. Суетившиеся на площади мужчины, готовившие похороны, не обратили на гостя никакого внимания. Черная туча боли и горя витала над деревней, заставляя испытывать неуютное чувство собственной вины и ненужности.
