Данилов и не был слабым, просто ему было необходимо время, чтобы принять действительность, осознать, что мечтам не суждено сбыться, и найти силы на борьбу за каждый день вместе. А ещё постараться сделать так, чтобы этих дней оказалось как можно больше. Тяжёлая, мало от него зависящая задача. Ещё надо купить лекарство — есть же препараты, которые могут помочь, замедлить процесс, затормозить болезнь. Дорогие они, конечно, но другого выхода нет. Всё! Решение принято. Есть препарат, а значит — есть надежда… А там придумают ещё какое-нибудь лекарство и у них всё получится.
Он открыл перед Диной двери кабинета и пропустил её вперёд. Молчал в лифте, пока они спускались на первый этаж, и когда помогал ей сесть в машину — молчал тоже. Помог пристегнуться и заметил, что Дина плачет. Вздохнул тяжело, не зная, как утешить. Судя по тому, что поток слёз усилился, понял, что сделал что-то не то.
Данилов замер, погладил Дину по руке, потом прикоснулся губами к тыльной стороне ладони, погладил пальцы и поцеловал ладошку.
— Не бойся, родная, я с тобой. — Он посмотрел ей в глаза и заметил улыбку на заплаканном лице. Ещё раз коснулся губами руки, вытер слёзы с лица Дины, обошёл машину и сел за руль. Дина больше не плакала.
— Ты стал другим, Саша, — с горечью проговорила она.
— Каким? — удивился Данилов.
— Закрытым. Весь в себе. И ещё мне кажется, что ты меня не простил и не простишь уже никогда.
— Ты не права. Я давно отпустил тебе все грехи и ошибки… А то, что держу всё в себе — я так привык. Открывать душу и мысли не перед кем было.
— Данилов, не прикидывайся девственником. Спал же ты с кем-то после Лены? — Дина рассмеялась, но смех вышел искусственный — скрыть ревность и какое-то нездоровое любопытство ей не удалось.
— Тебе хочется услышать ответ? — посмотрел на неё с изумлением Александр. Скрывать особо ему нечего, но для чего Дине эти откровения… — Да, у меня была любовница, — нехотя признался он. — Замужняя женщина, с которой я поддерживал связь пять лет. Хочешь спросить, любил ли я её? Отвечу — нет, скорее жалел, но в сексе она была хороша и всегда, когда надо, под рукой.
— А ты циник, Данилов. О её чувствах ты думал? — возмутилась Дина.
— Что это ты вдруг её адвокатом заделалась? — Данилов не понимал, чего добивается Дина. — Я никогда не давал ей ложных надежд, — пожал он плечами. — Она знала, на что шла. В любви не клялся, жениться не обещал.