Этот рассказ о Генеральном сыщике из числа молодых и перспективных кадровиков, чей взгляд на закон не ограничивается УК, а заключается в распоряжениях свыше. Его карьера построенна на лёгких хитростях и незаметных взятках, но он остаётся бескомпромиссным во всём остальном — даже когда дело касается собственного расследования в Азии, где мир кажется особенно неадекватным....
Он целиком и безраздельно становится твоим рабом.
— Вы — жертвы европейской цивилизации, — грустно и в то же время мягко улыбнулась японка. — Вся европейская психология построена на скорости. Вы вечно куда-то спешите; как голодные псы, все жрете и жрете, не понимая, что если ешь медленно, то быстрее наедаешься и не страдаешь от обжорства. И считаете, что если женщина пускает с экрана слюни и бормочет «шнеля, шнеля, дас ист фантастиш» — это и есть нирвана. На самом деле это всего лишь мираж, вспышка, позволяющая снять сексуальное напряжение.
— А ваша цивилизация? — усмехнулся снисходительно Чак, при этом его глаза стали холодными и беспощадными.
— Восточные цивилизации развиваются медленно, но основательно, капитально. На века, на тысячелетия. Даже когда исчезнет ваша цивилизация и ее место займет арабская или негритянская, мы опять же будем существовать и развиваться.
— Суми, — неожиданно перебил японку Чак; на ее фоне он выглядел великаном, огромным, мускулистым, и все ее слова о величии наций ему сейчас показались бравадой мыши перед тигром. — Когда все закончится, поехали в Штаты. — Он сделал умышленную паузу, чтобы было понятно: это не шутка.
В отличие от Чака, Сумико не стала выдерживать паузу, а ответила сразу:
— Я офицер секретной службы, меня к этой профессии готовили едва ли не с раннего детства. Стреляю из всех видов оружия, включая луки и арбалеты, имею черный пояс по джиу-джитсу.
— Что? — напрягся американец, но лицо его подруги оставалось бесстрастным, лишь уголки и без того узких глаз еще больше сузились.
