Этот рассказ о Генеральном сыщике из числа молодых и перспективных кадровиков, чей взгляд на закон не ограничивается УК, а заключается в распоряжениях свыше. Его карьера построенна на лёгких хитростях и незаметных взятках, но он остаётся бескомпромиссным во всём остальном — даже когда дело касается собственного расследования в Азии, где мир кажется особенно неадекватным....
Профессионал не думает о том, что его убьют, а старается предусмотреть все варианты развития событий и просчитать все возможные выходы из этой ситуации. Чем, кстати, сейчас занимаются Денис и Есаул.
— Хорошая лекция, Думдумыч, спасибо, — поджал насмешливо губы Цыган. — Я бы даже сказал — жизнеутверждающая. А как насчет народной мудрости?
— Какой еще мудрости?"
"— «Пуля-дура», она ведь летит и не выбирает, кто перед ней: дилетант вроде меня или профессионал, ну типа как вы с Гусаром и Есаулом. Один только Брикет, верблюд невозмутимый, все свободное время спит, как косолапый в своей берлоге, а потом по лесам и горам шарится, что носорог.
— Вот, зараза, всем характеристики дал, колорадская душа, — неожиданно рассмеялся снайпер, взглянул на часы, тут же посерьезнел. — Время, дружище, ужинать — и в койку. Завтрашний день, как мне кажется, готовит нам серьезные сюрпризы.
— Ожидание сюрпризов порой страшнее самих сюрпризов. — Перефразировав знаменитое изречение, Цыган легко подскочил. Его натура требовала либо безобразий непотребных, либо действий рисковых…
…— Рота, подъем! — пронесся по каюте зычный голос Давыдова, вырывая из сна спецназовцев, заставляя их буквально взвиться со своих коек.
— Я уже подумал, что снова салагой попал в КМБ, — сонно бормотал Цыган, подпрыгивая на одной ноге и стараясь попасть в штанину. Остальные молча облачались в заранее подготовленные с вечера маскировочные комбинезоны, потом разобрали рюкзаки с остальной экипировкой.
— Выходи строиться на палубу! — вновь рявкнул Денис; он уже был, что называется, в полной боевой.
На палубе было свежо, дул утренний океанский бриз, солнце еще не взошло, и казалось, что тучи нависают прямо над ленивыми в этот час волнами. Бойцы диверсионной группы выстроились на корме «Афины», где уже были разложены комплекты водолазного снаряжения и контейнеры для оружия.
— Все, мужики, вдохнули крайний раз воздух гражданки и погнали собираться, — не совсем по-уставному прозвучала следующая команда Гусара. Слово «последний» Давыдов заменил на «крайний»: спецназовцы, как многие спецы рискованных профессий, люди крайне суеверные, поэтому следят за своими словами, соблюдая множество ритуалов и опасаясь примет.
Сборы были недолгими. Лица покрыли маскировочным водоотталкивающим кремом «Тайга» (серо-зеленые узоры отлично подходили для тропических лесов), на пояса навесили стреляющие ножи разведчика, к левой руке прикрепили универсальные ножи «Катран». Затем шла очередь аквалангов, масок, ласт.
