Этот рассказ о Генеральном сыщике из числа молодых и перспективных кадровиков, чей взгляд на закон не ограничивается УК, а заключается в распоряжениях свыше. Его карьера построенна на лёгких хитростях и незаметных взятках, но он остаётся бескомпромиссным во всём остальном — даже когда дело касается собственного расследования в Азии, где мир кажется особенно неадекватным....
Грохот очередей слился со звоном осыпающихся стекол и лопающейся автомобильной обшивки. В несколько секунд «Тойота» и припаркованный рядом «Мерседес» превратились в решето; такая же судьба постигла и «Субару». Одновременно с выстрелами филиппинцы, находившиеся на палубе «Магеллана», также выхватили из-под одежды короткоствольные автоматы.
«Таки они меня достали», — обожгла пакистанца запоздалая мысль. На какое-то мгновение он впал в ступор и, подобно бесплотному духу, наблюдал происходящее со стороны.
Мужчина, спутник миниатюрной японки, вскочил, прикрывая могучим телом свою подругу.
Не знавшие страха бедуины, обнажив свое оружие, живым частоколом выстроились у столика пакистанца, защищая своими телами того, кого они обязаны охранять…
Логика не действует, когда гремит первый выстрел.
Грохот стрельбы смешался с криками, воплями, стонами раненых и мечущихся по палубе случайно попавших под огонь людей.
Остолбеневший Камаль наблюдал, как отлетают маленькие филиппинцы, получив в грудь крупнокалиберную пулю, и валятся замертво сраженные его бодигарды. Из рваных ран на затоптанные доски палубы хлестала алая жижа.
Когда последний из бедуинов тяжело завалился на спину, разряжая последние патроны своего «Хеклер-Коха» в начинающее темнеть вечернее небо, перед Нури вдруг возник тщедушный филиппинец с оскаленным от злобы лицом, держа перед собой миниатюрный автомат. Круглый черный зрачок завораживал, как удав кролика. Но за мгновение до выстрела Камаль успел рвануть на себя находившегося в ступоре Эксперта."
"Тело сына турецкого судовладельца приняло на себя свинцовый град всей длинной очереди.
