В эти дни ощущается, что столица вдруг решила вернуться к жизни после долгих построек. Маскировочные сети исчезли, и Москва словно ожила, покрываясь новыми оттенками цветов и света — все готово для нового сезона. Но не всему хватает: улицы уже напоминают полный дождь, а воздух витает запахи строительных смесей, лишь подчеркивая, что ремонт еще не закончен....
Да и чего Алексей о Хане не знал? Все бурное тукаевское прошлое в полном объеме имелось в криминальной картотеке, куда Алексей по долгу службы заглядывал каждый божий день, пока не подал в отставку.
А вот остальные…
Гербер, Кочарян, Волков, Немилов, Суве…
Почти неслышно открылась дверь. Алексей почувствовал упоительный аромат арабики и открыл глаза.
— Просыпайтесь, — улыбнулась Белоснежка, поставив перед ним дымящуюся чашку.
Алексей кивнул и с благодарностью глотнул кофе. Секретарша ушла.
«Я не сплю, я думаю», — мысленно улыбнулся он и опять закрыл глаза.
Алексей представил себе прозрачный стол в зале заседаний, куда мысленно усадил всех пятерых, даже Суве, которой вчера там не было. Четыре пары мужских ботинок и женские туфли, тоже похожие на ботинки, черные, надежные, со шнуровкой, но без каблука.
Яков Карлович Гербер, Гербарий. Либерал, потому что слетел с важного поста в министерстве. Наверняка пописывал статейки с гневной критикой экономических реформ и размещал их в Инете.
Он пришел в «БуЗу», чтобы не только вернуть свое, законное, но и подняться как можно выше.
Могли его завербовать? Легко. Как и всякого госслужащего, занимающего высокую должность. На каждого есть досье, а в нем компромат. И Алексей взял это на заметку.
Кочарян. Вспыльчивый, взрывной характер. Армянин — значит, опирается на многочисленную диаспору. Для Тиграна Давидовича ее интересы всегда будут выше интересов его босса.
Волков. Биткоин. Крутой программер, который работает в «БуЗе» сисадмином. Деньги Паша и в другом месте может заработать, и немалые.
