В эти дни ощущается, что столица вдруг решила вернуться к жизни после долгих построек. Маскировочные сети исчезли, и Москва словно ожила, покрываясь новыми оттенками цветов и света — все готово для нового сезона. Но не всему хватает: улицы уже напоминают полный дождь, а воздух витает запахи строительных смесей, лишь подчеркивая, что ремонт еще не закончен....
У брата в Израиле бизнес. Вам ведь все это дорого обходится."
"— Заглядывать в чужой кошелек — верх неприличия! — возмутился Гербер.
— Вас ведь поймали на крупной взятке. Когда вы служили в министерстве. Как вам удалось отмазаться?
— У вас есть доказательства? — приободрился Яков Карлович.
— Вам Хан помог подчистить за собой хвосты?
— Не понимаю, о ком вы.
— Тукаев по кличке Хан. Криминальный авторитет. Он мне сказал сегодня в ресторане: «Здесь тебе ничего не светит», имея в виду вас, Яков Карлович. Это означает, что вы были полностью под его контролем.
— Дмитрий Александрович прекрасно осведомлен о моем прошлом, — проскрипел Гербарий.
— У вас был повод его убрать, — задумчиво сказал Алексей.
— Да что вы себе позволяете! — взвился Гербер. — Кто вы вообще такой?!
— Не надо кричать, — Алексей встал. — Просто ответьте, были вы сегодня на крыше или не были.
— Нет!
— Что — нет? Не были или не хотите отвечать на мой вопрос?
— Не был! Не хочу! Убирайтесь!
— Вы должны быть счастливы, что Тукаев умер. Вместе с ним похоронят и ваши тайны.
Гербер молчал. Наконец он сказал:
— Вы ничего не докажете. Я буду говорить со следователем и только в присутствии своего адвоката.
— Так и запишем, — улыбнулся Алексей и вышел из кабинета.
…Кочаряна на рабочем месте не было. Не было и блондинки. На вопрос Алексея помощник Кочаряна отрапортовал, что Тигран Давидович ненадолго отлучился, но он на связи и готов ответить на вопросы следователя и личного помощника Дмитрия Александровича. Алексей вяло порадовался титулу, которым наградил его адъютант ФЗ.
— И как это понимать? — спросил Леонидов у наглого обманщика.
— Тигран Давидович увидит, что вы ему звонили, и обязательно перезвонит, — вновь невозмутимо соврал тот.
— Когда?
— Как только увидит эсэмэс-оповещение о вашем звонке, — ответил непробиваемый адъютант Кочаряна. Черноглазый, юркий брюнет с длинным хрящеватым носом.
