Автор
Необычная квартира в старом деревенском доме оказалась ключом к новым переживаниям и надеждам после успешных экзаменов в аграрном университете. Здесь каждое пространство напоминает о жизни отцов и дедушек, но в то же время дает шанс на самостоятельное творчество и самовыражение.
Я завалился на кровать и снова принялся тщательно продумывать будущий разговор с Настей. Я делал это уже столько раз, что в определенный момент мне показалось, будто разговор успешно состоялся и события продолжают благоприятно развиваться. Насте очень понравилось стихотворение, ей никто до этого не писал стихи, она этому очень рада и…
Меня разбудила громко хлопнувшая дверь. Витька вошел в комнату и угрюмо произнес:
‒ Пошли пожрем. Эти овцы намылись и свалили уже. И твоя ненаглядная Настя, кстати, тоже. Вера и ей ебыря нашла со старшего курса.
‒ Чё? – не понял я спросонья. ‒ Как?
‒ Легко и просто, ‒ усмехнулся Витек. – Минут пять назад приперся этот Вася с еще тремя жлобами. Потоптались у калитки, наши бабочки выпорхнули все накрашенные и расфуфыренные и ушли с ними. Наверно, в кино собрались, сегодня вроде новый фильм в ДК должны крутить.
‒ Давно? – резко спросил я.
‒ Да буквально минуту назад, ‒ пожал плечами Витька. – Я сходил, проверил, что кухня открыта, и за тобой зашел. Там только Лена осталась, но она, по ходу, в комнате закрылась, нам не помешает.
Я вскочил с кровати и выбежал на улицу. Метрах в пятидесяти вдоль по улице не спеша шли наши девчонки в компании четверых рослых, коротко стриженных парней, одетых в одинаковые черные спортивные куртки с белыми полосками. Они образовали четыре пары, и в последней шла Настя, а на ее плечах, обтянутых белой водолазкой, вальяжно покоилась рука неизвестного гопника. Я почувствовал переполняющую меня волну злобы и жалости к самому себе.
«Ну почему так? Я боялся даже прикоснуться к ней, не знал, как начать разговор, а неизвестный мудак запросто лапает ее, и она не сопротивляется! Что за жизнь, ну почему так?» ‒ вихрем пронеслось у меня в голове. В порыве гнева я пнул старую калитку и тут же схватился за ушибленный большой палец на ноге, а калитка ответила ржавым скрежетом, который показался мне демоническим хохотом самой судьбы.
Витька стоял на пороге флигеля и со злорадством наблюдал за моими терзаниями.
‒ Ну, убедился, что все бабы одинаковы? – усмехнулся он. – Пошли, герой-любовник, сегодня не твой день.
‒ Как так, бля, ну почему? – возмущался я.
‒ Потому что все бабы ‒ суки, ‒ констатировал Витька. – И ведутся на крутизну. Если ты крутой, богатый, успешный – все бабы твои. А если нет – завяжи хер в узелок и сиди не вякай. Закон жизни, такие дела.
‒ И что теперь, навсегда одиноким оставаться, что ли? – не выдержал я.
‒ Хер его знает, ‒ честно признался Витька. – Я вот, что думаю.
