Автор
В чужом доме, ты наблюдаешь за собственной обнаженной спиной, покрытой синим рисунком дракона. Боевая вылазка прошла плохо, а нынешняя ситуация в незнакомой комнате только подогревает чувство тревоги и неуверенности.
Вот только не “столько, сколько нужно по плану”, а “сколько нужно, чтобы испортить все”.
Секунды стремительно утекали. Времени на раздумья не было. Магические наконечники не должны соприкоснуться со льдом. Я должна проделать дырку в ледяном покрове. Стрелы я буду выпускать по очереди, так что большое отверстие не нужно. С меткостью у меня проблем нет. Вот только хватит ли на все магии?
Я коснулась пальцами ледяной корки. Постарался, гад! Он сильнее меня, а я плохо управляю магией снаружи. Но мне ничего не оставалось, как обратиться к силе.
Драконица отозвалась на мое требование, и вокруг пальцев вспыхнуло пламя. Вторая сущность чувствовала ту же злость, что и я. Кайсу хотелось треснуть по физиономии, но его под рукой не было. Нужно было вытопить лед так, чтобы силы остались на пробуждения артефактов перед выстрелом.
Моя огненная красотка внутри подобралась, и я почувствовала, как рассеянный поток силы превратился в плотную струйку.
Вот так! Жалко, что я не могла видеть лицо Кайса в этот момент.
Из тоннеля под сценой я выбралась на ватных ногах, цепляясь за стены. Нужно было вернуться на свое место, но я села на землю.
Правда, я долго не смогла любоваться делом рук своих. Накатила слабость, перед глазами поплыли алые пятна. Я уткнулась лбом в колени, пытаясь прогнать дурноту. И наверное, все-таки потеряла сознание на какое-то время. Очнулась, когда на мой лоб легла тонкая прохладная ладонь.
Рядом раздался взволнованный голос Эльзады:
– Что случилось, Паола?
Я медленно подняла голову и обнаружила, что сестра генерала присела рядом со мной, подобрав юбки пышного темно-синего платья.
– Возникли… неожиданные препятствия, – выдавила я. – Все.. прошло, как надо?
– Заминка перед стрелами вышла чуть больше, чем я рассчитывала, – сообщила драконица. – Да ты балансируешь на грани магического истощения!
Ее пальцы сжали мои виски. От них исходила прохлада, которая вскоре прогнала дурноту.
