На этом и сыграл неизвестный, побудив её таким образом решиться на столь серьёзный и опасный шаг. Сейчас даже подумать страшно, что бы произошло, не решив он проследить за Адой, не попытайся поймать «охотника» на живца. Драгхар подозревал, что за девушкой будут следить, но он не имел понятия, кто это был и что именно хотел. Но когда заметил Ирату в коридорах учебного комплекса, а затем обнаружил у неё в руках склянку, в которой был запечатан опасный запах, который должен был ввести Аду в магическую кому, не стал медлить. Склянку он изъял, а девушку оглушил, чуть подправил память и тут же доставил в лекарское крыло. Не стоит подставлять её перед ректором и обществом, пока он сам не докопается до правды. Если настоящий преследователь узнает, что Дайрон узнал, что на него устроили охоту, он может затаиться и тогда найти его будет очень и очень сложно. А уже в лекарском крыле, выходя из палаты, драгхар наткнулся на небольшой лист пергамента, по всей видимости, выпавший из кармана Ираты. Пока не видели лекари, он поднял его и убрал в карман, а уже в коридоре посмотрел на содержимое. Увидев нарисованную от руки метку, полностью повторяющую его собственную, всё понял. Ирата знала, что это. И Ада знала. Не просто так столько времени пробыла в библиотеке. Скорее всего, именно Геодора рассказала девушке, что это, именно она подрисовала недостающие черты и руны, был виден разный нажим штрихов и другой карандаш. Знала… И испугалась. А он ужасно разозлился на неё из-за этого. Что не рассказала о метке, не доверилась ему, побоялась. Дайрон испытал столько эмоций разом: неверие, волнение, радость, гнев. И впервые в жизни не смог их сдержать. Сам не сразу поверил, что эта девушка — его истинная. Именно она, а не Геодора. Решил сразу же проверить это, ведь истинности закрепляется поцелуем. И сейчас, глядя, как девушка потихоньку приходит в себя, решил, что ни за что не отпустит её. Никому не отдаст. Будет беречь и защищать, во что бы то ни стало. Докопается до правды о её происхождении, отыщет того, кто хочет устранить её и самого Дайрона. Теперь именно она смысл его жизни. Маленький, хрупкий смысл, который он будет беречь ценой собственной жизни. Ведь без истинной он сам долго не проживёт. И сейчас можно отдать ей то, что он скрыл в самый первый день её приезда."
"19.1
Адалин
Первое, что я почувствовала, едва начала приходить в себя, был жар. Он поднимался из глубин моего тела и сосредотачивался в одном месте — в метке истинности, именно оттуда расползаясь дальше. Медленно, но неумолимо, грозя затопить с головой и, наконец, вырваться наружу. Из-за этого тело нещадно ломило, в груди пекло, а голова была какая-то пустая. Боги, что произошло? Последнее, что я помню, был поцелуй.