– Но, может быть, вы не хотите? – облизнув губы, спросила я.
– Это не ваша магия, Тери, – возразил он, но его пальцы словно бы против воли переплелись с моими, а взгляд завороженно устремился к моим губам.
– И все равно, – улыбнулась я. – Заблокируйте ее, если хотите.
– Не хочу. – Он вдруг потянул меня к себе, и я послушно шагнула в его объятия. Позволила горячим губам коснуться виска, скользнуть по щеке вниз.
Амулет на шее вспыхнул. И погас, зажатый сильной рукой магистра Тайного Искусства.
– Неужели вы думали, что все будет так просто? – спокойно, холодно, трезво спросил лорд Нордвин Толль. – Я знаю, как вы работаете, госпожа связующая судьбы.
– К сожалению, нет, – мягко возразила я, чуть сильнее сжав другую его руку – ту, пальцы которой переплелись с моими. Браслет-артефакт на моем запястье с тихим щелчком увеличился, сплетая наши руки тонкой золотой паутиной. – Извините, лорд Толль."
"Сейчас, когда магистр Тайного Искусства погасил сияние моих чувств, давным-давно пойманных в амулет, я снова чувствовала себя привычно. Я снова была связующей судьбы Этериэль Меллианес. А не той юной, глупой девчонкой, в крови которой бурлила отчаянная жажда любви и робкая надежда хоть когда-нибудь ее утолить.
Я была дурочкой, глупенькой выпускницей ардамской Академии Проклятий, когда впервые переступила порог кабинета лорда Мариуша Толля, радуясь этому невероятно удачному распределению. Тогда я еще не знала, как все повернется, где я окажусь, лишенная чувств, лишенная права принимать собственные решения. Тогда роскошные, душные кабинеты первых лиц империи еще казались чем-то далеким и недостижимым, а поцелуи темного лорда – желанными. Меня тянуло к Мариушу Толлю, как к огню, у которого я так надеялась согреться, наконец вырвавшись из нищеты и избавившись от позорного клейма дитя войны – дочери захватчика из человеческих королевств. Мне казалось, что лорду интересна именно я, а не сочетание эльфийской и человеческой магий в моей крови, которые настолько противоречили друг другу, что их так легко можно было погасить.
Сделав меня еще одной послушной марионеткой в его руках.
– Сожмите сильнее, – шепнула я. Взгляд Нордвина Толля, словно не понимая, метнулся к нашим сплетенным пальцам, к едва ощутимой для меня, но явно заметной для сильного мага энергии, перетекающей в браслет. – Нет, – с отчаянием произнесла я, – амулет сильнее сожмите.
Это всегда было больно – чувствовать, а потом не чувствовать. Как дышать, а потом не дышать. Сплетение чужих судеб всегда обладало тонким привкусом отчаяния на языке – горечью сожженных надежд и собственных чувств.
– Сожмите сильнее, – повторила я, зная, что лишь только амулет расколется в руке магистра Тайного Искусства, как я потеряю дар.