В Академии Проклятий дух-хранитель начало часто материализоваться на лекциях, прячась при виде лорда-директора и отчаянно пытаясь привлечь внимание женщины в зеленоватым светом. Любимая преподавательница не могла скрыть своего смущения, но не препятствовала демонстрации любопытства древнего духа....
Тот самый блондин с почерневшими от злобы глазами, с раздувающимися ноздрями, прокричал мне вслед абракадабру, от которой между нами появилась небольшая мультяшная тучка и писанула мелким дождиком. Когда пресс от смеха уже болел, я поинтересовалась, что же это было. Оказалось, что наимощнейшее проклятие высшего уровня, которое в моем случае «описалось». Стоявший рядом преподаватель просканировал меня внимательным взором и обронил:
– А будет крайне интересно наблюдать за вами, адептка Гранова.
Признаюсь, чувствовать себя в роли подопытной мыши было неловко, но за три недели я привыкла.
– Что б ты спотыкался каждый раз, когда к лестнице подходил! – рявкнула я в ответ на очередное посланное в мою сторону проклятие.
«Звездочка» нашей академии одарил меня ехидной улыбкой и с высоко поднятой головой направился в сторону лестницы. Бац! И блондинчик растянулся на ступеньках, забавно крякнув. Давясь от хохота, я поспешила скрыться с места преступления.
Добродушная Ли поведала мне, что отпрыск не последнего в этом мире рода до полуночи подметал своим телом все лесенки, к коим ему стоило только приблизиться, на что я, лишь коварно улыбаясь, мысленно благодарила судьбу.
Надо отметить, что я никогда не повторялась. Каждый раз мое сознание выплевывало все более изворотливые пожелания в спину. Они не были смертельными или опасными, но определенно обидными и неснимаемыми. Точнее, они развеивались ровно в полночь. Ну не проклятия, а «слезы Золушки»!
* * *– Людка, а Людка! – взвыла Лииен, стоило мне, распахнув с грохотом дверь, ввалиться в свою комнату.
