В Академии Проклятий дух-хранитель начало часто материализоваться на лекциях, прячась при виде лорда-директора и отчаянно пытаясь привлечь внимание женщины в зеленоватым светом. Любимая преподавательница не могла скрыть своего смущения, но не препятствовала демонстрации любопытства древнего духа....
Вообще, хорошо бы теперь темными коридорами, да перебежками добраться до своей комнаты, чтобы перепугать как можно меньшее количество народу.
– Видимо, мне удалось вас убедить, – удовлетворенно заключил он.
– Несомненно. – Надеюсь, ирония в моем голосе была недостаточно очевидна.
– Что ж, надеюсь, что все же вам удастся сохранить эти успехи в учебе, обходясь малой кровью, – вежливо улыбнулся он мне и уже собрался уходить, но внезапно снова обернулся: – Но позвольте спросить, что же заставило вас так переменить отношение к учебе?
– Это все моя мотивация, – расплылась я в блаженной улыбке, пойманная коварным зеленым взглядом.
"– Мотивация?! – Удивленный вопрос преподавателя быстро привел меня в чувство, напомнив, что о моей «личной» мотивации он не в курсе, так что, скорее всего, подумал о «своей». О которой, к слову, не имела никакого представления я, так что мы, можно сказать, находились в равном положении.
– Неужели? – с каким-то удивлением посмотрел на меня магистр Двэйн. – Я думал, что вы уже и забыли, – задумчиво так проговорил.
– Что вы, как можно! – изобразила я возмущение. Хотя вообще-то забыла. Но теперь вспомнила, и выгоды своей, пусть и неизвестной, упускать не собираюсь.
– Вы правда так этого хотите? – пристальный взгляд мне в глаза.
А я, изображая непробиваемую уверенность, несмотря на то, что червячок сомнений, заставляющий задуматься, о чем же все-таки мы ведем разговор, уже начал свой извилистый путь, твердо проговорила:
– Конечно. Все в нашей группе об этом мечтают.
Шок на лице преподавателя заставил насторожиться (да что же он мне там предложил?), но я постаралась сохранить на лице непробиваемую маску.
– Что, совсем все? – осторожно уточнил он.
– Совсем, – невозмутимо подтвердила я его подозрения.
Наверное, он мне какой-то дорогой подарок предложил, а теперь переживает, как бы у него потом вся группа такой же мотивации не затребовала.
– Адептка Мияри, – после длительного размышления все же выговорил куратор.
Ну, точно, разориться на адептах боится.
– Не переживайте, – добродушно просияла я, – я никому ничего не скажу. Эту мотивацию я оставлю лично для себя.
– Спасибо, – кивнул он мне и, словно пребывая в прострации, развернулся и направился обратно в сторону лестницы в подвалы.
А я, стоя в коридоре, задумчиво наблюдала за ним.
