В Академии Проклятий дух-хранитель начало часто материализоваться на лекциях, прячась при виде лорда-директора и отчаянно пытаясь привлечь внимание женщины в зеленоватым светом. Любимая преподавательница не могла скрыть своего смущения, но не препятствовала демонстрации любопытства древнего духа....
Вот только поговорить не удалось ни разу.
– Сначала вас привели сюда за драку в коридоре. С адептом Двэйном. – Проницательный взгляд, а я, лишь поджав губы, старательно увожу свой в сторону окна.
Так ему и надо. Гаденыш.
Это случилось сразу после каникул. Все лето я размышляла, как же объяснить магистру все, а ничего путного и не придумала. И решила, что в этот раз надо быть проще. Надо просто поговорить.
Но как оказалось, и это сделать очень сложно, ведь магистра для этого надо еще поймать. И в итоге все, чего я добилась, – это осознание, что на то, чтобы выслушать меня, у куратора нет времени, просто патологически.
Письмо писала обстоятельно и долго. Объяснялась, что все случившееся ошибка. Что мне задурили голову, что мне очень жаль, что тогда, в тот вечер, все так получилось. И на самом деле я люблю его, и уже очень давно. Выложила все, что могла. Но поймать его, чтобы вручить письмо лично, все равно не получалось.
Бездна на мою голову за это решение! Хотела быть уверенной, что письмо не затеряется в ворохе бумаг, а будет отдано прямо в руки. Договорилась со старым гоблином, и вроде хорошо все. Но кто ж знал, что нужно внимательнее прислушиваться к тому, что пробормотали мне в спину! Как оказалось, после того, как я несколько раз упорно повторила, чтобы получателя не перепутали, Жловис ворчал, что после устроенного мною в прошлый раз концерта перепутать точно нельзя, и что сделал? Правильно, вручил мое признание Антейну! Вот он, закон подлости во всей красе! Жловис, видимо, после прошлого раза слишком хорошо запомнил, какому из двух Двэйнов передавать от меня письма.
В итоге этот идиот, получив мое послание прямо перед парой Алистара, пришел радостно объявить, как он рад, что я одумалась. И, естественно, полез ко мне обниматься, а тут магистр… увидел.
Стоило нам остаться наедине… Я ведь даже рта не успела открыть, как меня окатили холодным взглядом и лишь произнесли: «Свободна!», ясно давая понять, что даже наказание мне назначить выше его сил.
Вот так и сорвалась первая попытка помириться.
