Черная птица с жадными взглядами опускается на подоконник, а я оторопело молю глазами. В комнате полыхают огонь и сердце в груди замрило от разочарования и страха. Птица демонстрирует розу всем присутствующим, заставляя меня смотреть на собственное отражение во взгляде Адептки....
Большой зеленый изумруд, который в свете магического огня заиграл всеми гранями, засветившись удивительным светом. Слишком ярким, разбросавшим лучи по облезлым стенам кабинета.
Осторожно взяв его пальцами, я вдруг увидела и тот огонек, который прежде указал мне на картину.
Возникнув будто из ничего, соткавшись из пустоты, он подлетел ближе и завис на уровне глаз, явно что-то пытаясь или сообщить, или сделать.
Я опустила взгляд на камень, который держала в руке, затем посмотрела на этот свет и неожиданно поняла, что хочет от меня этот огонек.
— Это твое? — спросила я тихо. — Бери. Мне не надо! — и подняла вверх, раскрывая его на ладони.
Зеленый огонек моргнул и начал опускаться вниз. Его свет слился с игрой изумрудных граней, и камень внезапно вспыхнул, осветив всю комнату необычайно ярким светом. Продолжая сидеть на полу, я будто завороженная смотрела на этот свет и неожиданно он начал разбиваться, образуя фигуры и линии.
— Что происходит? — только и успела проговорить я, когда увидела проявившихся в свете мужчину и женщину.
Огонек показал мне лорда и леди Артмайер. И эти двое о чем-то спорили. Я не слышала голоса, зато видела их лица. Да, залитые зеленым светом, но различимые и такие живые, что стало страшно.
Экипаж он оставил в миле до ворот, а затем отправился пешком.
Дорогу успели расчистить, но снегопад, начавшийся вечером, сделал свое дело и теперь под подошвами дорогих сапог хрустел лед.
Уже когда до сторожки привратника оставалось всего ничего, мужчина остановился и поднял вверх голову.
На миг он прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. А затем начал звать. Но прошла минута, а затем другая, и вместо ответа была пустота. Темная, глубокая, как самый черный омут в злой душе.
— Вот как, — проговорил он тихо и в воздухе зазвенело. Будто кто-то потянул струну. — Значит, орка больше нет. Ну ничего. У меня есть еще тот, кто поможет.
Он снова закрыл глаза и повторил попытку, на этот раз направленную совсем на другой объект.
Небо сыпало снегом. Мужчина опустил голову, глядя без интереса на то, как белое волшебство ровным слоем устилает дорогу. Рой снежных мух, гонимых порывом ветра, закружился вокруг его ног, поднимая тяжелый плащ, и рассыпался, будто и не бывало. А в тишине прозвучали голоса.
— Куда это вы собрались, господин адепт? Уже поздно и вам нельзя…
Мужчина в черном усмехнулся последовавшему за вопросом глухому удару, оборвавшему фразу.
