Черная птица с жадными взглядами опускается на подоконник, а я оторопело молю глазами. В комнате полыхают огонь и сердце в груди замрило от разочарования и страха. Птица демонстрирует розу всем присутствующим, заставляя меня смотреть на собственное отражение во взгляде Адептки....
Глава 9
Когда лошадь вернулась в поместье лорда Селми без своей всадницы, поднялся переполох. Больше всех стенала и охала леди Селми, а вот ее супруг, был более сдержан, хотя распорядился немедля закладывать двуколку и отправляться к соседям. В дом, где должна была гостить его падчерица и воспитанница. Все, что волновало сэра Уильяма, это возможность упустить шанс породнится с одним из самый родовитых и, что скрывать, богатых людей королевства.
«Главное, чтобы с ней ничего не случилось!» — думал он, подсаживая в двуколку супругу, бледную и взволнованную.
Селми уже не раз за это утро успел укорить себя за то, что отпустил девчонку опрометчиво из дома. Не стоило позволять ей вольности до брака. Во вышла бы замуж, тогда и делала бы, что душа пожелает. Но уже будучи женой Блеквуда, а не свободной девицей с ужасным своевольным характером, который всегда выводил его из себя.
Девчонка росла, отбившись от рук. Мнила о себе невесть что. Мечтала не о том, о чем должна мечтать приличная девица ее возраста.
Да, Селми называл Оливию на людях дочерью, но никогда, за все эти годы, пока девочка жила в его доме, не чувствовал к ней ничего, даже отдаленно похожего на родственные чувства.
Оливия его раздражала. И он ничего не мог поделать с собой, мечтая, как можно раньше и выгоднее отдать девчонку. А когда этот шанс выпал, Селми не находил себе места от счастья. И вот, в шаге от желанной цели, вдруг это происшествие. Сэр Уильям подозревал, что стоит ожидать неприятностей.
И вот теперь ему кажется, что подозревал не зря.
В поместье Манлеев его ожидало горькое разочарование всей жизни. Девица Оливия пропала. А ее подруга, леди Алиса, только стояла и на все вопросы хлопала ресницами. Не дать, не взять тупая курица. Конечно, он не мог так выразиться в присутствии ее родителей, но мысленно отругал девчонку за то, что позволила его падчерице исчезнуть.
— Вчера вечером леди Оливия не спустилась к ужину, — леди Манлей покосилась на дочь.
"— От волнения? — он пересек просторную гостиную широкими шагами, понимая, что вожделенное счастье и признание ускользает из рук песчаной змейкой. — Да Оливию тяжело заставить волноваться.
— Уильям! — попеняла ему супруга. — Ты несправедлив. Девочки нет. Она сбежала из-за нас.
