– Да ты не способен!
Подходит ближе, обжигая кожу дыханием, буквально шепчет, хрипотцой лаская слух…
– Милая, посмотри на свои руки и потом ещё раз повтори это с уверенностью.
Кусаю губы, ну что ж… давай поиграем, раз сама напросилась. Оказывается, иногда мечтать очень вредно, особенно, если не уверен на все сто, что тебе не придется по душе воплощение в жизнь этих самых мечтаний. Да не может такого быть! Надо хоть как-то ущипнуть себя, чтобы проснуться! Это же опять лишь моя бурно разыгравшаяся фантазия! Только герой грёз немного изменен… хотя драйва это совсем не лишает… Дергаю руки… боль отзывается резким стоном. Чувствую медленное поглаживание по спине и совсем не успокаивающий, приторно сладкий, излишне равнодушный голос.
Да какого чёрта испытывать моё терпение? Настраивать? Пугать? Я же его знаю! И не так вначале выводила, так пальцем не тронул! А тут на тебе, получи за все годы спокойствия.
Слышу сзади звук от поставленного резко на стол бокала… железный отклик от расстегивания на брюках ремня… и хлесткий удар, щелчок, раскалывающий пополам воздух.
– Нет, – смеюсь, правда, уже не так уверенно, – не посмеешь.
Не могу полностью повернуться назад, не причинив боли рукам. Подходит. Боковым зрением вижу зажатый в руках широкий ремень. Подкладывает под грудь и живот большие подушки, заставляя вытащить из-под себя ноги и буквально стать на карачки. Уверенным голосом заверяя:
– Не дергайся, веди себя прилично, а-то ещё и ноги свяжу.
Вот кому бы сейчас заявлять о приличиях? Злюсь, руки саднят от впившейся в кожу веревки. Ненавижу его в этот момент! Ненавижу за то, что, не показывая вида, всё же томлюсь внутри и неизбежно возбуждаюсь.
– Вот так, – успокаивает тоном. – Будь послушной девочкой, и всё пройдёт хорошо.
Выпаливаю на автомате, уже не чувствуя страха:
– А когда я ей не была?
– Да всегда, если тебя не сдерживать в рамках. А это, знаешь ли, достает…
Вот те раз… аж обидно стало. Я себя столько лет образцово вела, а оказывается, моей заслуги в этом-то и нет. Просто грамотно сдерживали напор… рецидив. Усмехаюсь, уже и, забыв о затекших прокалывающих руках, проваливаюсь куда-то далеко в свои мысли…
Из забвения выводит первый удар, не сильный, сдержанный мягким кружевом. Начинанию кричать на него, больше не от полученной боли, а от возмущения, удивления им.
