Автор
В мире "Нового дня", где каждый рассчитывает на свою судьбу и счастье, Адюльтер — шокирующая история о взаимных стремлениях и предательстве. В ней нет прощения или восстановления; вместо этого есть только отчаянное стремление к самовыражению в условиях, когда отношения потеряли свою призрачную легкость....
Входит официант, неся на серебряном подносе стакан с розой, кофе (моему мужу), чай (для меня), круассаны, тосты, ржаной хлеб, несколько сортов джема, вареные яйца, апельсиновый сок, местную газету и все прочее, что призвано осчастливить нас.
Бужу его поцелуем. И не могу вспомнить, когда я делала это в последний раз. Он удивлен, но улыбается. Садимся за стол и отдаем должное всем этим прелестям. Слегка обсуждаем, как мы вчера напились.
– Похоже, мне это было нужно. Но ты не принимай мои рассуждения слишком уж всерьез.
Я хочу сказать, что мне стало легче, когда обнаружились все его слабости, но лишь улыбаюсь и продолжаю жевать свой круассан.
Муж тоже заметил парапланеристов. Глаза его загораются. Мы одеваемся и спускаемся – не сидеть же в номере в такое чудесное утро?
Муж предупреждает портье, что мы сегодня уезжаем, просит снести вниз багаж и приготовить счет.
Ты уверен? Разве мы не можем остаться еще на сутки?
– Уверен.
Мы направляемся к выходу по длинной галерее со стеклянным потолком. Где-то я читала, что раньше тут была улица, а теперь два здания на противоположных сторонах соединили этим проходом. Судя по всему, туризм здесь процветает, несмотря на отсутствие горнолыжной трассы.
И вдруг, вместо того чтобы выйти, он оборачивается к портье:
– Как нам попрыгать?
«Нам»? Я лично не испытываю ни малейшего желания.
Портье протягивает нам брошюрку – там все сказано.
– А как добраться до верху?
Портье объясняет, что самим это делать не стоит – дорога очень сложная. Надо лишь назначить время – и за нами заедут в отель.
А это не слишком опасно? Особенно если никогда прежде не прыгал в пустоту между двумя цепями гор. Кто отвечает за безопасность? Есть ли какой-нибудь контроль за инструкторами и снаряжением?
– Мадам, я работаю здесь уже десять лет. И сам прыгаю по крайней мере раз в год. На моей памяти не было ни единого происшествия.
Он улыбается. И, наверно, за эти десять лет он повторял эту фразу тысячи раз.
– Пошли?
Что? Вместе?
– Могу, разумеется, и один. А ты подождешь меня внизу с фотоаппаратом. Я хочу, я должен испробовать… Меня всегда пугало это… Ведь только вчера мы с тобой говорили, что приходит миг, когда все в жизни упорядочивается и мы перестаем сознавать границы наших возможностей. И вчера был очень печальный вечер…
Знаю. Он просит портье сделать заказ.
