В горной базе особого назначения "Марс", где колонисты ждут своего вылета обратно на Землю, внезапно начинается шквал событий. Вторник, 17 августа в 9:10 – вертолет срочно направляется к заброшенному кишлаку Кандаш, где дислоцируется сводное подразделение российско-американского отряда "Орион". Здесь обнаруживается неожиданный инцидент, и команда спецназа немедленно выдвигается в полном составе....
– У тебя отличные парни, Алекс, – мечтательно произнес Дак. – С ними можно горы свернуть.
– Так и ворочаем, Джон. У тебя тоже ребята что надо.
Короткий диалог командиров групп прервал сигнал вызова на станции Дака.
– Я – «Ирбис»! – ответил американский полковник. – Так… Так… Понял тебя, возвращайся!
Отключив станцию, Дак доложил Тимохину:
– Копански нашел-таки тропу, в трехстах метрах отсюда, но подняться по ней смог только до ближайшей небольшой террасы. Далее подъем без специального снаряжения и страховки невозможен.
– Он и не нужен.
– Я отдал Копански приказ на возвращение.
– Слышал, – ответил Тимохин, напряженно вглядываясь через окуляры бинокля то в пост, то в сторону перевала. – Черт, и где же Шепель нашел проход? Как ни стараюсь, я его не вижу. А он на месте не сидит…
Час отсутствия Михаила, казалось, длился вечность. Одно успокаивало: обстановка в Тарвале оставалась спокойной, а значит, «духи» разведчика не обнаружили.
В 3.47 на позицию вернулся сержант Копански.
– Вот и я, а вы не ждали?
– Мы ждали, Майкл, мы очень ждали, – воскликнул Дак.
– Во, и Джошуа тут! Как наш перевал, сержант?
– Он неприступен, майор.
– Да что ты о перевале, Миша, – прервал Шепеля Тимохин, – ты о деле докладывай."
"– Докладываю. Прошел туда-обратно без проблем. В какое-то мгновение почувствовал, что часовой восточного поста заметил меня; пришлось залечь и далее выходить к вам, обходя балку, потому и вышел с востока.
Тимохин с чувством пожал руку подчиненного по службе и друга по жизни:
– Спасибо, Миша! Ты будешь представлен к награде.
