В Адских ныряльщиках Джордж Родригез, известный как Родригес Икс, поднимается на высоту смерти через прыжки в ад. Средняя жизнь этого жителя ада – не больше 15 прыжков, но ему уже удалось сделать 96 - и теперь он хочет изменить свою судьбу. Путешествие в мир мертвых дает Джорджу невероятные способности, и он начинает призывать на земле защитников ада, готовясь к великой битве за справедливость....
Нужно добежать до капсулы, активировать ее и вернуться на «Улей».
Он посмотрел на экран. Капсула слишком далеко, а твари слишком быстрые – ему от них не оторваться. Оставался только один вариант: бросить капсулу и самому поднять топливные элементы на корабль. Но перед тем, как привести в действие бустер и направить баллон обратно к «Улью», нужно найти просвет в тучах. Буря немного утихла, однако вспышки все еще озаряли горизонт. Икс оглянулся. За ним гнались два чудовища, постепенно сокращая расстояние. Тварь, казавшаяся более тощей, вырвалась вперед и, отталкиваясь задними лапами, неслась огромными прыжками.
Свернув за угол полуразвалившегося дома, Икс едва не выронил ящик. Он сосредоточился на дыхании и старался не споткнуться в темноте. Пробежав половину пути до следующей улицы, Икс повернулся, чтобы выстрелить. Он надеялся, что пули если не убьют тварей, то хотя бы отпугнут их. Чудовище, мчавшееся впереди, подпрыгнуло в воздух. Икс прицелился и дал по нему очередь. Пули пробили грудь, снесли верхушку черепа.
Икс выиграл несколько бесценных секунд. Крепко держа ящик под мышкой, он потянулся за новым магазином, но нашарил только пустоту. Очевидно, он потерял его во время бегства со склада.
Выругавшись, Икс швырнул на землю ненужную теперь штурмовую винтовку и выхватил из кобуры на бедре «бластер».
Волна визга настигла его, когда он завернул за угол очередного дома. Огонь из винтовки позволил ему выиграть время, но в то же время привлек новых чудовищ.
В конце улицы он заметил какое-то движение. Там колыхалось то ли полотнище, то ли брезент – нечто совершенно неуместное в куче металла, бетона и стекла.
Икс почувствовал тошноту.
Никакой это не брезент. Перед ним был пятисекционный парашют.
– Аарон! – задохнулся он, бросился к фонарному столбу, упал на колени и заставил себя посмотреть на изувеченное тело друга.
Тот лежал на спине. После падения его руки и ноги будто стали короче. От зеркального щитка в шлеме остались только осколки.
