Автор
В Адском Пекаре, где жарятся не просто простые печенья, а целые мечты и сердца, главный герой вынужден бороться за свою жизнь. С каждым днем он становится все больше связанным с этим загадочным процессом, открывая секреты, которых нет ни у кого другого в тюрьме. Здесь каждый день — это страшная игра жизни и смерти, где только вера может спасти тебя....
Максим и Орвин победили своих соперников, вырвавшись в следующий тур. Да и я не мешкал. Мой соперник ожидал от меня такого же приёма, который я сделал ранее. Но повторяться желания не было.
— Зарублю, ублюдок! — зарычал он, смешно махая руками.
Мужик моего роста зажмурил глаза, готовясь встретиться с мукой, но я лишь моментально оказался перед ним и ударил в солнечное сплетение. Схватил растерявшегося соперника за руку и перекинул тушу через плечо. Он упал дезориентированным, а я нанёс удар ногой по шее, ломая её.
Теперь осталось четверо бойцов. И следующими на арену вышли Орвин и Максим.
Глава 26
Пари окончено
Максим и Орвин стояли друг напротив друга. Напряжение между ними было ощутимым.
Орвин выглядел как маленькая гора с мышцами. Его движения были точными, пронизанными уверенностью. Чем-то он даже напоминал старых героев. Таких я помнил очень хорошо."
"Максим же, в простом костюме, внешне уступающий Орвину, стоял не менее уверенно. Огонь в его глазах излучал уверенность. Хотя он должен был понять, что у него было мало шансов против героя седьмого уровня.
Максим хоть и был отважным малым, но, по сравнению с известным героем, всё же казался хрупким и нежным аристократом. Это понимал и Орвин. Он почесал свой шлем с рогами и крутанул секиру в руке.
— Ты думаешь, что сможешь победить меня, парень? — скептически оглядел Максима герой. Его голос звучал, как раскат грома. — Ты же аристократ. И, по-моему, совершенно случайно оказался здесь. Тебе тут не место.
Максим расправил плечи и пустил по мечу магию. Хотя, по сравнению с запертой магией противника, это было больше похоже на жалкие потуги.
— Я попытаюсь, — ответил Максим твердо. — Мне нужна эта победа.
— Так и быть, пощажу. Но виноват ты, парень, сам, — размял плечи Орвин и шагнул вперёд, больше ничего не говоря и сразу нападая.
Их поединок был зрелищным, но герой заведомо был сильнее. Каждый удар выбивал столп искр из оружия. Орвин прекрасно справлялся со своей секирой. Максим же, избегая прямого столкновения, полагался на ловкость и стратегию.
По мере того, как поединок продолжался, напряжение на арене нарастало. Максим, напрягая каждую мышцу в своём теле, стремился дать отпор Орвину.
