Автор
В Адском Пекаре, где жарятся не просто простые печенья, а целые мечты и сердца, главный герой вынужден бороться за свою жизнь. С каждым днем он становится все больше связанным с этим загадочным процессом, открывая секреты, которых нет ни у кого другого в тюрьме. Здесь каждый день — это страшная игра жизни и смерти, где только вера может спасти тебя....
Первые клиенты пришли буквально на следующий день. Их привлёк запах свежего хлеба. Посовещавшись с Доном, мы решили, что часть товара лучше продавать, и тогда ко мне будет меньше вопросов.
В один из таких дней мы отправились на рынок, и, казалось, всё шло как обычно, но…
— И зачем тебе нужны эти хвосты ящериц? Ты мог наловить их в Зоне, — прошипел мне на ухо сгусток черного огня.
Прохожие не замечали его, пока я прогуливался по рынку. Меня же иногда утомлял его занудный треп. Как надоедливая мать. Своей мне по горло хватило в юности.
За хлебом. Самым настоящим. Попробуем сегодня новый рецепт. А кряхтение духа я переживу.
Наметанный взгляд зацепился за двух воришек, промышляющих в толпе обычных жителей. Они так ловко срезали кошельки и снимали часы у прохожих, что те ничего не замечали. А когда подходило время платить за товар, денег не было, а карманников и след простыл.
Их право. Смотреть за ними было не так интересно. Я лениво отвёл взгляд, подходя к новому прилавку.
Я так душами не торговал в своё время, как готов был торговаться за новый сорт муки.
По пути домой я прокручивал в голове список покупок. Наверняка что-то забыл. Во всём был виноват занудный дух, который время от времени пытался заставить меня вернуться домой. И, видимо, сегодня был не мой день.
Я в бессрочном отпуске. Неужели он забыл? Хотя, о чём это я? Дон не забыл, он попросту игнорировал этот факт.
И снова передо мной пробежали те воришки, сворачивая в подворотню. В руках у каждого блестело по браслету, конечно, краденому, но я лишь отвернулся. У них сегодня куш. Будет на что жить.
На улицах было, на удивление, оживлённо.
— Эй, секретарь, что сегодня за праздник? — отвлёкся я от списка покупок.
— У меня же есть имя… Почему ты каждый раз придумываешь мне прозвища? Сегодня я «эй, секретарь», а завтра кем буду? — обиженно пробубнил дух. Но я и бровью не повёл. Мы это уже не раз проходили.
Я остановился и раздражённо посмотрел на него.
— Раньше не мог сказать? — я вздохнул и вернулся к спокойному тону. — Активизировались, говоришь? Как… Неинтересно. Пошли через тот переулок.
