Автор
В забытой деревне Адский Прииск, где каждый дом напоминает о прошлых страданиях и мести, директор полиции обнаруживает жестокий убийца. Здесь каждое лицо скрывает тайны и ненависть, и новый преступник сильнее всех предыдущих – весом в девять пудов и размером с бревно, отпугивающий любую попытку задержания....
– Предложи лучше, – осадил его Алексей Николаевич. – Губернатор и полицмейстер должны думать, что мы с Азвестопуло лишь разведчики. Если они узнают, что мы хотим уничтожить банду и захватить золото, то увяжутся с нами. Полицмейстер точно захочет, он лихой! Кроме того, в долгах как в шелках. Рубцов давеча жаловался мне, что должен артельным суммам городового казачьего полка больше тысячи рублей. Для погашения у него ежемесячно вычитают из жалованья сто одиннадцать рублей с копейками. Конечно, Илья Александрович захочет поправить свои дела! И как показать ему тебя, беглого из Новозыбковского централа?
– А кто передаст ультиматум? – не унимался подельник.
– Какой-нибудь якут.
– Алексей Николаич, а вам не жалко того якута? Ему же на прииске голову отрежут.
– Это вряд ли, Петр Автономович. Якут вручит бумагу караульщикам на ручье и сразу уедет. Обрати внимание: Сашка Македонец убивает только русских, что проникают в его владения. Инородцев он не трогает. Поэтому они и не выдают его властям, а извлекают выгоду.
Спор сыщика с уголовным прервался самым неожиданным образом. Алексей Николаевич увидел в проеме двери, как в общей половине усаживался за стол новый посетитель. И узнал в нем… Достань Воробушка! Оказывается, тот не сбежал в Табагинское селение, а спокойно пребывал в областном городе. Вот так номер…
– Что случилось? – спросил Кудрявый, заметив, как его собеседник встревожился.
– Да там знакомый сел, водку требует…
– Кто таков?
– Игнат Шпилев по прозвищу Достань Воробушка. Я тебе о нем только что рассказывал.
Подельник осторожно повернулся:
– Опаньки… И что делать будете?
– Петр, ты бы не мог сходить в полицейское управление за подмогой?
У Рыбушкин надулись жилы на шее:
– Осведа из меня хотите сделать? Такого уговора не было. Он фартовый, и я фартовый. Почему должен товарища выдавать?
Статский советник смутился:
– Извини, привычка. Тогда уходи, только спокойно, не спугни его. И не вздумай предупредить!
Рыбушкин демонстративно бросил на стол серебряный рубль и удалился.
Лыков расплатился и вышел на улицу. Где спрятаться? Рядом был книжный магазин Игумнова, единственный на весь город. Хорошее место!
Алексей Николаевич проторчал там больше часа. Перелистал все книги и журналы, а сам посматривал в окно. Наконец беглый показался из дверей.
