Украла то, что должно было стать моим! Даже одна мысль о том, что эта тварь носит фамилию моего рода, вызывает у меня тошноту!
— Тогда не думайте об этом на полный желудок, — лаконично посоветовал ему Захария, сохраняя полное спокойствие. — Но моего совета это не изменит. Сейчас у нас есть все шансы на то, что завтра на процессе нам удастся полностью вывести их бумаги из дела. Как только это будет сделано, мы добьёмся того, чтобы суд Конфедерации признал её патронированной и передал вам под опеку. Завтра, как только это произойдёт, вы выйдете из зала суда, как Землевладелец Харроу. Со всем, что должно вам принадлежать. Так и только так. Но если…
— Ты думаешь, что можешь диктовать мне условия?
Лицо Генри исказилось от испытываемой злобы.
— Я думаю, что обязан сделать всё, чтобы вы не сделали ситуацию хуже, чем она есть, — ответил Смит и бросил короткий взгляд на разбросанные по ковру вещи и осколки стекла. — Давление на вашего оппонента может этому помешать и…
— Пошёл вон.
Эти слова, сказанные тихим, но дрожащим от ярости голосом, заставили Смита прищурится.
— Генри, я прошу вас…
Но эта его попытка образумить своего клиента оказалась столь же бесполезной, как пытаться дышать вакуумом.
— Убирайся из этого дома и занимайся своей работой, за которую тебе платят, — перебил его Харроу. — Если я захочу узнать мнение плебея вроде тебя, то скажу об этом отдельно.
Захария тяжело вздохнул, хоть и постарался сделать это так, чтобы выглядело незаметно. Хотя бы ему удалось исключить главную опасность, что уже было не плохо.
— Что же, тогда, с вашего позволения, я покину вас, чтобы подготовиться к завтрашнему процессу, — наконец сказал Смит, на что Харроу покровительственно махнул рукой.
— Иди, — произнёс Харроу.
Когда за Смитом закрылась дверь, Генри подошёл к стоящему у стены шкафу, взял новый бокал и налил себе коньяка из стоящей на полке бутылки.
Выпив его одним глотком, Харроу подошёл к столу и коснулся единственного предмета, что на нём остался. Специальной плашки, закреплённой на столешнице с небольшой кнопкой. Не прошло и двух минут, как дверь в кабинет вновь открылась и внутрь заглянула одна из служанок Тёрнера.
— Господин, чем могу быть вам полез…
— Прикажи подготовить машину, — приказал Генри, налив себе ещё одну порцию коньяка и желая таким образом успокоить нервы. — И мой костюм.
Пора ему навестить свой родной дом.
Но перед этим ему требовалось позвонить одному человеку. Достав мобильник, он по памяти набрал нужный номер. А затем Генри Харроу оказался вынужден делать то, чего не любил делать больше всего."
"Он стал ждать. Ждать, пока человек на той стороне сподобится взять телефон и ответить. Ответить ЕМУ! Но, как бы это его не раздражало, пришлось перетерпеть.